Они атаковали резво и не жалея накопленных зарядов. Десяток белых вспышек на мгновение осветили тёмную тундру, в которой мы сражались, когда целый град молний поразил отряды Сублимината. Всё-таки, их не зря называли именно Грозовыми Великанами.
Поток ионов без проблем выжег уже раненного противника, превратив их в обугленные трупы и оставив нетронутым только сам грузовик с экипажем. У них были вполне хорошие шансы отступить и покинуть место, однако я не собирался терять столь хороший источник всего полезного.
Покинув своё укрытие, я ещё раз оглядел машину, после чего со всей скорости рванул к ней. Я отчётливо ощущал, что внутри нет ничего взрывоопасного, не говоря уже про системы самоуничтожения. Даже самые богатые местные группировки просто не рискуют подобным образом, учитывая, что каждая такая машина просто незаменима и практически не подлежит ремонту.
Войну не устроят, конечно, но сильно не обрадуются. Местные вообще почти не контактируют друг с другом, а потому подобные стычки являются самыми крупными конфликтами между разумными. Дикая природа, остатки древнего оружия, разбросанные по всей земле, и монстры Древней ночи являются нерушимой преградой любого государства или племени, желающего пролить кровь соседа…
…Я двигался с невероятной скоростью. Моментально убрав винтовку и взяв пистолет, я всего за пару секунд преодолел расстояние в несколько сотен метров и достиг грузовика, при этом успев добить практически всех выживших. Они уже пытались закрыть проход внутрь машины, но меня подобным не остановить. Ухватившись за конец поднимающейся платформы, и, слегка напрягшись, остановил её, даже начав опускать вниз.
Мои мышцы дрожали от напряжения, однако разум оставался столь же острым. А потому, когда появился ещё один механический гуманоид, лишённый всякого оружия, мне потребовалось меньше мгновения, чтобы нацелиться на его голову. Однако вместо атаки, это существо заговорило холодным, лишённым любого на жизнь голосом.
Ещё сильнее напрягая собственную руку, отчего она даже слегка задрожала, я медленно опустил стальную дверь вниз, после чего придавил ногой. Серый киборг, ничем не отличавшийся от прочих, которые уже мертвы, не проявлял ничего даже отдалённого похожего на эмоции. Его тело стояло совершенно без движения, а грудная клетка нисколько не поднималась. Было совершенно невозможно определить, лжёт он или нет.
А потому я обратился к чему-то, что никогда мне не врало. Выдохнув, я прислушался к тому, что говорила сама машина. Её язык не имел ничего общего с привычными словами смертных, и состоял исключительно из образов и идей. Из шума двигателя, который уже которое тысячелетие продолжает выполнять свою работу. Из запаха масла, в котором смешался аромат пота, крови и гнили. Я ощущал напряжение лёгких разрядов в воздухе, предвещавших великую грозу.
Но, самое главное, я слышал Дорогана, выбивающего на камне местный шифр, использующийся в боевых ситуациях. Он передавал мне послание, объясняющее, что делать в этой ситуации. И я не собирался идти против их воли.
Киборг не успел закончить, так как кусок разгорачённой плазмы испепелил его голову. Ворвавшись внутрь на огромной скорости, я быстро разобрался с ещё тремя оставшимися киборгами, которые спрятались внутри, ожидая исходов разговора. Они явно хотели ударить по мне, когда я отвернусь, но удача оказалась не на их стороне. Несмотря на всю их аугментацию, я двигался быстрее, чем они могли осознать. А потому они даже не поняли, когда плазма прервала их жалкое существование.
