Сначала поток обрушился на Томпсона, а я в это время всего-навсего сидел за столом и улыбался на многочисленные камеры, а еще пытался унять дрожь в коленях. Потом перешли к пыткам меня. Однако я не был бы собой, если бы отвечал лишь заученными фразами. Когда меня спросили: "Не кажется ли Вам, что агентство делает недостаточно?", я окончательно слетел с катушек.
- Вы там были? Вы видели, чем стали люди? Вы хоть знаете, что наши технологии там не работают? А, может, вам кусок плоти из груди обугленная собака выдирала? - я встал из-за стола и указал пальцем на бедного журналиста, посмевшего разбудить во мне воспоминания. - Агенты отдают свои жизни ради того, чтобы вы могли продолжать наслаждаться солнечными лучами. Я плюну в лицо каждому, кто посмеет утверждать, что агентство делает недостаточно.
С этими словами я вышел из зала. Да, лекарства я так и не начал принимать, боялся почему-то. Я думал, что Томпсон меня в землю закопает после такого. Он на это способен, не сомневаюсь. Но всем пришелся по вкусу мой агрессивный выпад. Поэтому перед следующими конференциями я не употреблял успокоительные и никогда не готовил ответы заранее...
- Извините, ребята, дел по макушку головы, не до вас сейчас, - твердо отказал я. На лестнице нашего убежища стояли три адепта Церкви Заката. Тоже посвящение проходят, с их слов. Но мы уже готовились отправиться на миссию, поэтому им я действительно помочь не смогу. Еще трое детей? Спасибо, уверен, мне и одного Михо хватит в нашем походе к станции метрополитена.
- Но...
- До границы дорогу знаете, там отсидитесь, - что-то мне в них не нравилось. Выглядят на девятнадцать-двадцать лет. Закат предпочитает мальчиков помоложе, сирот, оставшихся без родителей. Мозги надо промывать смолоду.
Я отворачивался, когда увидел, что Боб, стоявший дальше меня, выхватывает Узи. Я успел присесть и выхватить свое оружие, но он уже сделал очередь в сторону парней.
- Они оружие доставали, - пожал плечами Боб.
Я спустился вниз, к телам трех молодых ребят. Допросить никого не получится, очень жаль. Но в руках у них действительно находились небольшие пистолеты без глушителей.
- Спасибо, - поблагодарил я Боба, снимая с одного куртку. - С меня должок.
- Можешь дать мне еще одиннадцать миллионов, я не против, - рассмеялся мужик, спасший сейчас меня, Еву, Атласа и Коршуна. Мы все кое-как уместились на тесной лестнице, когда притащились эти недоброжелатели. И ни у кого мысли особой не возникло, что парнишки попробуют совершить такую наглость. Кроме Боба.
