Она убедила меня начать принимать лекарства хотя бы перед входом во Тьму. Я согласился, причем сам не подозревая, на что именно. Мне не сообщили, какие таблетки дают, я даже названия не знал. Понимаю, такая информация не должна всплыть в прессе. Люди почему-то больше любят храбрых героев, нежели героев, которые сидят на транквилизаторах. А если и будет утечка, то я смогу всё отрицать. Мол, да, принимал таблетки, мне прописали, но я думал они от кашля. В Бездне, знаете ли, опасно громко кашлять...
Вторая миссия прошла достаточно скучно. Но я приметил для себя несколько интересных фактов. Во-первых, опавшая листва с деревьев была бледно-желтой и светло-коричневой, невероятно тонкой, разрывалась и разламывалась от малейших прикосновений. Сейчас же деревья полностью голые и вымершие, а от листьев нет и следа. Во-вторых, при пересечении границы легонько бьет током. Раньше я этого не замечал. Ну, знаете, горящая спина, пули над головой, не до того как-то было.
Таблетки работали на ура. Теперь я отсиживался за углом не потому, что паниковал, а из-за приказа не высовываться. Состояние только слегка заторможенное, отстраненное, пофигистичное. Однако я, в случае чего, мог спокойно вступить в бой.
Если на вторую вылазку меня отправили опять с Нилом, то третью я уже совершал вместе с Тайлером и еще восемью агентами. Необычная группа подобралась, я бы назвал их "отрядом ярких личностей". Их скоординированность в разы уступала отделению SWAT, но их личные бойцовские качества впечатляли. Двое с катанами в качестве оружия ближнего боя, трое с короткими копьями, Тай предпочитал два ножа. Разные бронежилеты, каски, даже обувь отличалась.
Во время обоих вылазок мы смогли пересечь мост, не вступая в бой. Люцифер отвел своих слуг от этого входа. Если бы мы считали нашего врага намного умнее нас (а так оно и есть), то мы не допустили бы последующей ошибки. Но она еще впереди...
После третьей операции Томпсон окончательно убедился в моей ауре невидимости. И об этом он решил заявить миру на очередной пресс-конференции. Надо было его отговорить, тогда все забыли бы обо мне намного раньше. Вероятно, я хотел стать героем.
Перед этой конференцией я уже абсолютно не боялся. Слегка волновался, не отрицаю, но это не было страхом. Скорее некое нетерпение, как перед экзаменом. Я всегда шел первым на экзаменах в университете, желая поскорее отделаться от этого чувства. И всегда сдавал всё на отлично. Но не потому, что шел первым, а по причине бессонных ночей, проведенных за книжками и статьями.
