Диармайд разорвал капюшон на лице первого пленника. Все тело Бранвен натянулось, как струна арфы. Толпа зашипела и засвистела, увидев это лицо, а девушка вздохнула, поняв, что этот пленник – не Тантрис. У кернывмана была такая же золотисто-коричневая кожа, как и у поэта, и несколько недавно заживших шрамов на щеке. Он вызывающе выпятил подбородок. Между тем, Бранвен внимательно следила за его глазами.
Морхольт снова поднял меч, и шум толпы быстро стих.
– Расскажи, почему вы сегодня напали на замок Ригани? – потребовал лорд у пленника. Глаза дяди вспыхнули, и она подумала, что сама непременно призналась бы в чем угодно, если бы он посмотрел на нее
Диармайд пнул пленника в спину. Тот застонал, ударившись лицом о каменный пол. Бранвен вздрогнула. Юный северный лорд торжествующе улыбнулся, ища глаза принцессы, чтобы погреться в отраженных в них лучах своей славы.
Бранвен не думала, что ударить пленника, руки которого связаны, – это что-то, заслуживающее одобрения. Она повернула голову к Кину, взгляд которого сверлил ей затылок. Нарушая протокол, тот наклонился вперед и шепнул:
– Не нужно сочувствовать этому человеку, леди Бранвен. Он не похож на нас. – Кин хотел успокоить ее, но лишь еще больше напугал.
Отвратительный хруст разрубаемой кости и звон ударившего о камень металла раскатились по тронному залу. Широкий меч лорда Диармайда врезался в пол в тот самый момент, когда покатилась голова кернывмана.
Он не сказал ни слова.
Бранвен пошатнулась. Она представила, что голова принадлежит Тантрису, и не смогла бороться с острым жалом слез.
Толпа зааплодировала, а лорд Ронан хлопнул сына по спине, одобряя хорошо выполненную работу, и обнажил лицо следующего пленника. Зрители взревели в знак удовольствия.
Это тоже был не Тантрис. Хвала Древним, это был не Тантрис.
Глаза второго кернывмана широко распахнулись, когда он увидел отрубенную голову своего товарища, тело которого все еще подергивалось.
Бранвен почувствовала боль, когда поняла, что дядя намеревался сыграть в эту игру с обезглавливанием со всеми десятью пленниками. Ее нервы были на пределе; она не думала, что сможет дальше смотреть на это.
Эсси поцеловала ее в щеку, по которой текла слеза.
– Ты такая нежная, Бранни.
Она не знала, так ли это, но, очевидно, была не такой жестокой, как ей хотелось бы верить. Даже по отношению к врагам. Бранвен попыталась было сказать, что эти люди – родственники убийц ее семьи, и что ей все равно, но слабый голос в ее голове настаивал, что они и родственники Тантриса тоже. Если Морхольт так играл их жизнями, разве иверни более благородны, чем керныве?
Второй пленник оказался менее гордым или более забитым. Его лицо было бледнее, чем иней.
– Я повторяю вопрос, на случай, если ты не понял, – надменно произнес Морхольт. – Скажи, почему вы посмели атаковать замок Ригани? Надеюсь, ты лучше говоришь по-иверникски, чем твой приятель-пират.
Ее дядя решительно подошел к отделенной голове и пнул ее. Та отлетела к одной из колонн и врезалась в нее с тупым звуком. Все ивермены в тронном зале, включая и Кина, взревели.
Пленник облизнул губы. Он перевел взгляд с Морхольта на короля Энгуса.
– Т-ты… з-захватил кое-что, принадлежащее нам, – начал он по-иверникски, стуча зубами.
– Заткни пасть, идиот! – крикнул один из пленников. Он говорил по-кернывски, но Бранвен хорошо его поняла. Как и другие ивермены.
Диармайд бросился к обладателю этого хриплого, угрюмого голоса и раскрыл его лицо. Этот кернывман был старше двух других. Его рыжие волосы горели, подобно огненному вихрю. И вновь сердце Бранвен подскочило к горлу.
Среди этих троих кернывменов не было Тантриса. Осталось всего семь человек. Ей казалось, что тело ее сейчас разорвется на куски.
Старший кернывман сплюнул кровью на пол. Диармайд тут же наградил его ударом навершия меча по голове.
Тем временем Морхольт обратил свое внимание на второго пирата, который весь дрожал.
– Ты начал говорить, – холодно произнес он.
Король молча ожидал ответа, его пальцы слегка барабанили по ноге.
– Не заставляй ждать Верховного короля Ивериу! – вдруг взревел Морхольт.
– Я… я… – зубы пленника так сильно стучали, что Бранвен слышала это с того места, где стояла.
– Не смей открывать свой костяной ящик! – крикнул старший кернывман.
Морхольт и Диармайд обменялись взглядами, и лезвие меча Диармайда врезалось в шею кричавшего. Но северный лорд стоял слишком близко к пленнику, и у него не хватило сил для чистого удара. Понадобилось еще три отчаянных удара, чтобы отделить голову от тела.
Отвратительно яркая кровь забрызгала тунику Диармайда. И на этот раз Эсси не стала комментировать его удаль.
Дядя Бранвен повернулся к молодому узнику у его ног.
– Извини за задержку. – Морхольт ехидно улыбнулся. – Что ты хочешь добавить? – спросил он, и взгляд его был беспощаден.
Трясущийся кернывман покосился на головы слева и справа от него, а потом сказал:
– Ивериу не будет знать покоя от короля Марка, пока вы держите в плену его племянника.
