Сладкие черные волны полностью

– Сегодня я не желаю слышать никакой лжи, кернывман. – Ее голос дрожал от ярости. Она посмотрела на Бранвен, и выражение ее лица было безжизненным. – По крайней мере, теперь я понимаю, почему ты так хочешь передать меня нашим врагам, – сказала она. – Ты была единственным человеком, которому я доверяла, кузина. Я думала, что ты отказаваешься от жизни в Ивериу для меня. Но ты такая же, как и все, – ты предала меня ради своей выгоды.

Бранвен отпрянула, словно кобыла ударила ее копытом прямо в живот. Ей хотелось закричать, что это Эсси собиралась покинуть ее, чтобы оставить два королевства без наследников. Нет, только не это. Бранвен прижала руки к глазам. Она не предаст принцессу. Даже не станет защищаться перед мужчиной, которого любила.

– Ты такая же лицемерка, как моя мать, – продолжала обвинять ее Эсси. Руки Бранвен безвольно опустились. – Неудивительно, что ты всегда защищала ее. Такая благочестивая, такая послушная. Вы обе используете Древних, как предлог, чтобы получить то, что вы хотите! – продолжала она, бичуя Бранвен своими словами. – Как смела ты указывать мне, кого любить, когда сама отдала себя врагу! Ты мне отвратительна!

– Довольно. – Тристан поднялся. – Не разговаривай так с Бранвен. Ты будешь сожалеть о своих словах, когда остынешь.

Смех Эсси звенел, как сосульки:

– Я разговариваю с моей горничной так, как считаю нужным. А единственное сожаление, которое я испытываю, – это то, что не заметила обмана раньше.

Бранвен оставалась на коленях, словно привязанная. Она нащупала Кубок Любви под платьем. Если бы только Эсси знала! Но она не могла сказать. Не могла. Бранвен пришлось переносить презрение кузины. Древние верили в нее.

– Твоя кузина любит тебя, – сказал Тристан принцессе, пока Бранвен все еще искала нужные слова. Увы, пока она могла только сдерживать рыдания.

– Я была неправа, сказав, что Бранвен – моя единственная семья, принц Тристан. У меня нет семьи. Я никого не люблю, и никто не любит меня.

Теплое, не совсем приятное жжение вспыхнуло на ладони Бранвен, выводя из шока и напоминая, что она уже сделала для любви.

– Ты знаешь, что это ложь! – взмолилась Бранвен, встречая взгляд принцессы. Она поднялась и встала.

– Я? Это ты – лгунья! – крикнула Эсси. – Ты сказала, что никогда не позволишь мужчине встать между нами. – Ее зубы сжались. – Ты сказала, что выбираешь Керныв ради меня. – Она ткнула пальцем в Тристана, пронзительно взглянув на него. – А сама выбрала его.

– Это не так, – отвечала Бранвен. Тристан рядом с ней застыл. – Я последую за тобой куда угодно, Эсси. – Она бросила умоляющий взгляд на Тристана и сделала шаг к кузине. – Я не хотела причинить тебе боль. Я любила тебя с того самого дня, как ты родилась. Причинить тебе боль – это последнее, что я хочу.

Дыхание принцессы нарушилось и перешло в рыдания, она закрыла уши руками. Капли дождя хлестали по ее щекам, смешиваясь со слезами.

– Ты приносишь людям только боль, Бранвен. Ты причиняешь боль мне. Ты причинила боль Кину. – Она подняла подбородок. – Он знал, не так ли? Вот почему вы расстались в ссоре.

Тристан отступил, удивленно выпрямившись. Он посмотрел на Бранвен, ища подтверждения этих слов. Эсси засмеялась, и это был странный смех.

– А ты ничего не знал? – сказала она Тристану. – Удивительно, что я не единственная, с кем Бранвен не делится своими секретами. И их у нее так много!

В груди Бранвен вспыхнул гнев.

– Эсси, ты не знаешь, что говоришь. – Она представила Кина на лестнице, умирающего от ее руки, умирающего, чтобы сохранить тайну ее кузины. – Ты ничего не знаешь! – рявкнула она.

– Если я ничего не знаю, это потому, что ты никогда мне ничего не рассказываешь! – Взгляд принцессы скользил между Тристаном и Бранвен. – Я знаю, что ты предательница. Ты предпочла нашего врага твоей собственной крови.

– Эсси…

Плечи кузины сжались. Она дрожала всем телом. Она больше не была суровой богиней, и теперь напоминала скорее ребенка, потерявшегося в лесу. Бранвен протянула руку, чтобы успокоить ее, как она делала все жизнь, но Эсси отстранилась.

– Не тронь меня! – Ее голос был высоким, истеричным. Диким. – Ты можешь считать, что выиграла. У меня нет выбора. Но я… я сделаю это!

Эсси развернулась, шурша мятым подолом сливового платья, и направилась к другому концу корабля. Сырое дерево скрипело под ногами, подошвы ее кожаных башмачков несколько раз оскальзывались.

– Оставь ее, – устало сказал Тристан Бранвен. Испуг отражался в его лице. Бранвен пальцами распушила влажные волосы. Она приветствовала дождь, освежающий лицо. Как она могла позволить принцессе открыть их любовь? Они должны были приехать в Монвику – тогда ей уже не нужно было бы прятать свое сердце.

Никогда еще в своей жизни Бранвен не смотрела на море, как на врага. Никогда еще волны не заставляли ее чувствовать себя в ловушке. Этот корабль был ее плавучей тюрьмой.

– Твоя кузина ошибается, – сказал Тристан. – В очень многих вещах.

– Она молода. – Бранвен по привычке защищала принцессу, хотя чувствовала себя совершенно опустошенной. Она закрыла глаза.