Потом мы все дружно поехали в ресторан. И даже там нас никак не могли оставить наедине. Тамада решил, что мы с Николя, как столичные гости, теперь должны отдуваться на всех конкурсах и категорические протесты не принимал. И мы отдувались. Видимо, бедного массовика затейника никто не просветил по поводу нашей семейной ситуации, так как он в упор не замечал, с какими недовольными лицами сидели мой бывший жених с Инной и их родители. А лица у них были просто загляденье: зеленые от недовольства. Зато Маше все нравилось.
Я же делала вид, что тоже не замечаю реакцию этой группки по интересам, злорадствуя молча и концентрируясь на куда более насущной проблеме, проблеме босса-обманщика.
Под конец вечера я уже так себя накрутила, что понимала, Николя мне больше и не нравится вовсе…наверно. Я злюсь на него и не доверяю ни капельки. Если он обманул меня про это, то даже страшно представить, какие еще скелеты хранятся у него в шкафу. Чувство стыда за свои поступки давно отступило на задний план, а вот негодование с каждой минутой только усиливалось.
Масло в огонь подливало еще и то, с какой нежностью он смотрел на меня весь этот вечер, будто действительно что-то ко мне чувствовал. В общем, когда мы наконец распрощались с молодоженами и вышли из ресторана, я была накручена до предела.
Я была в таком состоянии, что мне даже уже и разговор был не нужен. Я для себя уже все решила. Поэтому вместо того, чтобы выяснять отношения, я уверенно направилась по направлению к отелю.
— Настя, подожди, ты куда? — окликнул меня начальник. — Я хотел поговорить. Мне нужно тебе рассказать кое что.
— Ой, Николя, я тебя умоляю! — злость так и клокотала в груди. — Что такого, чего я еще не знаю, ты мне можешь рассказать? Что ты не гей? Так я и сама догадалась.
— Что? В смысле? — если до того он шел за мной по пятам, то сейчас остановился в недоумении. — С чего ты вообще это взяла?
— Вот только не надо мне тут строить из себя святую невинность, твоя игра раскрыта, Николя. Можешь больше не притворяться.
— Да я не… — он пытался что-то вставить, но тут его окликнул кто-то из пьяных гостей и этого мне хватило, чтобы отойти от него на приличное расстояние, крикнув в след.
— Пожалуйста, не иди за мной, мне нужно побыть одной.
— Ничего не понимаю, — послышалось недоуменное.
Мне повезло, он действительно больше не шел за мной, судя по всему, этот кто-то из гостей перехватил Николя, не давая сделать и шагу. А я, между тем, решительно направлялась к отелю. Мне было так противно от всего этого лицемерия, что хотелось поскорее залезть в душ и наконец смыть с себя все ужасные ощущения. Быть обманутой во второй раз было похоже на заплыв в луже: холодно, грязно и мерзко, так что горячий душ был мне жизненно необходим.
Я делала шаг шагом, приближаясь к отелю. Вот только от праведного гнева меня отвлекало противное жужжание какой-то мухи.
Я слишком поздно поняла, что ночью в темноте на улице мухи не летают, и звук исходит от чего-то другого. Обернувшись, я вскрикнула, так как жужжало вовсе не насекомое, а мотоцикл, которой приближался на огромной скорости и, что самое ужасно, прямо на меня.
От страха меня как будто парализовало, я не могла пошевелиться. Просто стояла и, не отрываясь, смотрела, как на меня летит моя смерть.
Мысленно попрощавшись с жизнью и со всеми, кого я любила, я приняла неизбежное. Но его не произошло. Буквально в полуметре от меня парень все-таки справился с управлением, резко повернул в сторону, выставив в бок ногу поддержания баланса, выпрямил своего железного зверя и, не прекращая движения, со свистом умчался вдаль, даже не остановившись.
Я бы так и стояла как вкопанная, если бы в следующую секунду меня не толкнул Николя. Видимо заметив этого сумасшедшего на байке, он рванул ко мне, но все равно не успел бы. Только чудо спасло меня в тот момент.
Я упала на попу, но от шока не отделалась. Понимание того, что я только была на волосок от того, чтобы погибнуть выкачало из меня все доступные эмоции, и единственно, на что меня хватило, это на то, чтобы сидеть на асфальте, не двигаясь и отрешенно смотря в никуда.
Француз что-то озабоченно спрашивал, но я не разбирала. Было ощущение, что в моем мозгу раскрылась подушка безопасности, защищая меня от нервного срыва, вот только она раздулась до такой степени, что и обычные мысли перекрыла.
Не знаю, что конкретно происходило и сколько времени это заняло, но в итоге Николя схватил меня за плечи и в отчаянии тряхнул. Внешне я никак не отреагировала, зато внутренне начала потихоньку приходить в себя, вот только мужчина этого не понимал.
Он продолжал что-то спрашивать, но мой испуганный мозг не воспринимал иностранную речь, и похоже начальник это понимал. И тогда он сделал то, что моментально вывело меня из шокового состояния, но тут же погрузило в другое.
Нахмурившись, видимо принимая какое-то непростое решение, и все также не видя от меня никакой реакции, он вдруг решился и подняв мое лицо за подбородок, заглянул в глаза и со смесью злости и отчаяния выкрикнул.
— Бл*ь, Настя, да приди ты уже в себя в конце концов!
