— Уверена, — сказала как отрезала. Хотя, если бы не чувство справедливости, я бы уже давно бросились ему нашею от всех этих признаний и тона, которым они были сказаны. Но такое отношение было для меня неприемлемым. Ну допустим, это потрясающе, не только он мне нравится, но и я ему. Но если бы у нас что-то и произошло, я не могла допустить, чтобы это что-то началось с обмана, потому что это бы дало ему зеленый свет на то, что со мной можно так обращаться. А я больше всего на свете боялась, что обман за обманом привели бы нас в итоге к одну, но большому, такому, который буквально пол года назад совершил Миша. А больше на эти грабли я вставать ну никак не хотела. — Уйди, пожалуйста.
На лице начальника было написано все, что он думал в этот момент, и, скажу я вам, он был совершенно не в восторге от ситуации. Но, видимо, что-то в моем голосе дало ему понять, что сейчас бесполезно пытаться изменить ситуацию и он молча развернулся и пошел на выход, лишь бросив на прощание сухое.
— У меня самолет через четыре часа. Увидимся в понедельник.
Дверь хлопнула, а я откинулась на кровать и зажмурилась. Меня просто раздирало на части от того, что может быть сейчас я совершила самую большую ошибку в своей жизни, отказав человеку, который уже давным-давно поселился глубоко в моем сердце. Но сделанного не воротишь, и логика подсказывала, что я все-таки все сделала правильно.
Пытаясь хоть как-то отвлечься, я повернулась на бок и задумалась, почему же Катя тогда дала нам всем настолько неверную информацию…
Эта женщина сведет меня с ума!
Сидя в самолете в ожидании взлета, я рассеяно смотрел в иллюминатор на то как сотрудники аэропорта загружают наш багаж, и раздумывал о том, что с Настей совершенно точно не соскучишься.
Наши отношения были похожи на американские горки, то вихрем взлетают ввысь, то как сейчас, падают на самое дно.
А ведь так было с самого начала, с того самого момента, когда я увидел ее впервые.
Я как раз шел за утренним кофе, когда заметил ее. Она стояла около барной стойки в ожидании своего заказа и о чем-то болтала с подругой. Из всех посетителей кофейни именно она моментально бросалась в глаза. Точеная фигурка, плавные аппетитные изгибы, красивые волосы, потрясающие глаза и, главное, губы. Эти выразительные, идеальной формы, слегка полноватые губы моментально отрубили мой мозг и единственное, о чем я мог думать в тот момент, это о том, как сильно я хочу до них дотронуться и поцеловать.
Я как загипнотизированный направился в ее сторону, чтобы познакомиться. Но каким же было мое удивление, когда эта богиня мотнула копной своих роскошных волос и громко объявила на всю кофейню, что больше в мужчинах не заинтересована. И это в тот самый момент, когда я уж было открыл рот для того, чтобы с ней заговорить.
Конечно, я встал как вкопанный, соображая, что же делать дальше, ну и не рассчитал. Она на меня наткнулась, облив своим напитком. Какое счастье, что она не признает обычный черный кофе и пьет только каппучино. Если бы не это, то он был бы чересчур горячим, и я бы там на месте обварился, а так только получил отрезвляющий теплый душ.
Но и тут она удивила. Вместо того, чтобы скрыться и сделать вид, что ее там и не было, она потащила меня в туалет. Надо было видеть ее лицо, когда она вдруг поняла, что не знает, в какой идти, мужской или женский. Мне очень хотелось посмотреть, чем все это закончиться, но пришлось ускориться и решить вопрос самому, так как я уже опаздывал на совещание, а костюм был безнадежно испорчен.
Думал, она дождется меня, чтобы извиниться, но не тут-то было! Когда я наконец привел себя в порядок, ее и след простыл. Пришлось признать, что, мало того, она далеко не так предсказуема, как казалось на первый взгляд, так я еще ее и упустил, окончательно и бесповоротно.
Так что когда все-таки увидел ее в той переговорной, готов был улыбаться как школьник, получивший первую двадцадку по любому предмету, кроме физкультуры. Пока шло собрание, я лихорадочно соображал, как поступить, ведь прояви я к ней явный интерес, она бы точно зашипела как еж и закрылась бы от меня, поэтому пришлось действовать аккуратно и медленно. Кто бы мне тогда сказал, что сближение у нас шло на отлично не потому что я такой великий актер и комбинатор, а потому что она все это время была уверена, что я гей!
Кстати об этом, поставил себе мысленную галочку разобраться с Катей в понедельник.
— Уважаемые пассажиры. Наш самолёт готов к взлету, просьба оставаться на местах, пока не погаснет табло «пристегнуть ремни», спасибо! — послышался бодрый голос стюардессы.
Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Но вместо того, чтобы поспать хотя бы немного, я начал вспоминать тот первый день.
