Вечер начался очень даже благополучно. На удивление, Сима выглядела вполне довольной жизнью. По крайней мере, ни один посторонний человек не смог бы догадаться, что в данный момент она переживает глубокий душевный кризис. Но в самый разгар вечера мимо них продефилировал со свитой некий Гинеколог, так сказать, неформальный лидер данного заведения. Как его звали — никто не знал. Гинеколог и Гинеколог, а что это, профессия ли, или же кличка от личных пристрастий, неизвестно. Было Гинекологу в ту пору лет около сорока. Росточка дай Бог, чтоб метр шестьдесят пять в прыжке набралось, лысый, словно бритый ежик, с отвратительными маслянистыми глубоко утопленными глазками и квадратным подбородком — еще тот красавец. Да и то обстоятельство, что сорокалетний мужик ежедневно обретался в обществе двадцатилетних юнцов, красноречиво свидетельствовало об интеллектуальном уровне Гинеколога. Но, так или иначе, а произошло то, что произошло: поравнявшись с подругами, Гинеколог лишь скользнул взглядом по Луизе с Таней, не задерживаясь на их лицах — эка невидаль, эти девчонки здесь частые гостьи, зато Симу рассмотрел повнимательнее и изрек во всеуслышание:
— Ай, какая девочка! Чудо как хороша! Просто ковер-самолет. С такой не упадешь, — хохотнул, и прошел себе мимо, вполне довольный собственной остротой.
Сима, не ожидавшая такого оскорбления, побелела, губы мелко затряслись и, вместо того, чтобы ответить обидчику по заслугам, она прямо здесь же, в зале, разревелась белугой. Обида от незаслуженного принародного оскорбления легла на боль, причиненную Вадимовым предательством, и остановить Симины слезы уже не представлялось ни малейшей возможности. Гинеколог же, словно почувствовав что-то, оглянулся на нее и, увидев заплаканное лицо несчастной, "пожалел":
— Что ты, детка, не плачь. А то как бы не похудела ненароком…
С тех пор Сима прочно засела в четырех стенах. Теперь подругам не удавалось вытащить ее даже в кино: мало ли идиотов на свете, вдруг и там нарвется на комплимент? И она сиднем сидела дома, выбираясь только на лекции и обратно домой. Бедняжка усердно пыталась похудеть, лихорадочно подсаживаясь то на одну диету, то на другую, но ничего не помогало. А Таня с Луизой вынуждены были теперь везде бывать только вдвоем. Зато поводов для ревности стало намного меньше.
Однажды подруги возвращались домой довольно поздно. Собственно, ехали они вовсе не домой, а к Луизиной бабушке-татарке с ночевкой, так как ее родители затеяли ремонт, и, дабы великовозрастное дитя не надышалось ядовитых паров краски, отправили ее, как Красную Шапочку, к бабушке. Ну а та, чтобы не так скучно было у старушки, захватила с собой подругу. Жила бабулька всего-то в двух кварталах от родственников, так что ехать пришлось недалеко, вот подружки и припозднились. Однако в дороге умудрились немножко поссориться — Таня неосмотрительно "прошлась" по поводу внешнего вида Луизы (о, та выглядела просто супер: красные джинсы чуть не лопались на объемной заднице, подчеркивая нестандартную фигуру; желто-зеленая прозрачная блузка мало того, что не могла скрыть прелестей своей хозяйки, так еще и не застегивалась на огромной груди татарской красотки) и теперь Луиза, привычно прядая ноздрями, как лошадь после бешеной скачки, демонстративно молчала, не позволяя подруге забыть о нанесенной обиде. Автобус остановился на остановке. Луиза уже вышла, вслед за ней вышла и Таня. У дверей стояли несколько парней, намеревающихся сесть в автобус. Когда Таня выходила, один паренек схватил ее за руку:
— Постой, подожди!
Таня от неожиданности чуть не подпрыгнула, попыталась было вырваться, но парень держал крепко:
— Подожди, не уходи! Я искал тебя. Я видел тебя во сне. Ах, черт, как не вовремя! Я так спешу, я сегодня уезжаю…
Водитель недовольно посигналил, мол, или садись, или отпусти двери, не срывай график. Парень отпустил Танину руку, поднялся на первую ступеньку и прокричал сквозь закрывающиеся двери:
— Во вторник, в семь, здесь же! Я буду ждать тебя, слышишь?..
А автобус уже ехал дальше. Луиза, обиженная тем, что во сне видели не ее, прошипела сквозь зубы:
— Придурок, — при этом красноречиво глянув на Таню. Мол, надеюсь, ты понимаешь, что это чушь собачья и никто нигде тебя ждать не собирается.
А Тане так понравилось это маленькое приключение. Он искал ее, он видел ее во сне. Конечно, скорее всего это вранье, но как романтично! А вдруг?..
Вдруг не произошло. Вообще-то Таня и не собиралась идти на эту встречу, да и, честно говоря, сама сомневалась, что она может состояться. Но случилось так, что именно в это время ей довелось возвращаться после семинара и она проезжала ту остановку не в семь, но минут в десять восьмого. Стоит ли говорить, что никто ее там не ждал. Впрочем, ее разочарование было совсем-совсем легким…
***