Конкурс проходил в огромном зале, для зрителей были отведены места, как на трибунах на спортивной арене. Готовить нам предстояло в музее кулинарного мастерства, для этого, собственно, и был оборудован целый зал. Длинные варочные поверхности, разогревающие и охлаждающие артефакты, местные миксеры, входящие в состав заявленных десертов ингредиенты — все это было готово и ждало нас.
Некоторые артефакты должны были значительно ускорить и упростить процесс, например, моментальный миксер. Он превращал ингредиенты в крем за считанные секунды за счет особой вихревой магии. В общем, что и говорить, на Плионе определенно были свои преимущества.
У каждого из конкурсантов был свой стол, и я уже ждала отмашки, чтобы начать готовить печенье.
Кириан улыбнулся мне, я улыбнулась ему. И, наверное, мы могли бы начать, если бы не…
— Простите. Извините. Успел в последний момент, — Нортон пробирался через ряды к свободному месту с изяществом мартовского кота, увидевшего кошку. Примерно так он и выглядел, когда смотрел на меня.
Правда, потом перевел взгляд на Кириана, и выражение его лица стало таким, что я всерьез испугалась, что здесь что-нибудь скиснет.
— Уважаемые конкурсанты, — вперед вышел ведущий, жизнерадостный толстячок во фраке, — сегодня вам предстоит порадовать нашу взыскательную публику процессом приготовления ваших чудесных десертов! А наше жюри — техникой, профессионализмом и, конечно же, вкусовыми качествами. Помните, оцениваться будет не только последнее, но и сам процесс. Я желаю вам всем удачи!
Зал взорвался аплодисментами, я почувствовала на себе насмешливый, снисходительный взгляд месье Ламбера, поддерживаемый остальными мужчинами-кондитерами. Только двое из собравшихся не смотрели на меня, занятые исключительно предстоящим. Девушка со светло-голубой кожей и жабрами на шее (из водного мира) и худенький паренек с длинными когтями из мира оборотней. Они очень волновались и явно были поглощены мыслями о том, как им не ударить в грязь лицом.
Прозвучал удар гонга, и все, включая меня, бросились смешивать ингредиенты для печенья. Для первого этапа я, а точнее, мы с Кирианом, выбрали столь полюбившиеся всем в академии мадленки, которые я украшала шоколадом, веточками лаванды, а внутрь добавляла немного сливочно-лавандового крема.
Как всегда, когда я готовила, почти полностью выключилась из реальности, а очнулась уже только выкладывая готовое печенье на поднос, и спустя мгновение прозвучал сигнал, означающий, что время на приготовление печенья вышло.
В жюри входили независимые кондитеры Плиона, один из них в прошлом сам был шеф-кондитером в известнейшем ресторане столицы, сейчас он вышел на пенсию и почивал на лаврах. Второй пригласили супругу одного из герцогов Севера, которая интересовалась кулинарией как искусством и активно занималась благотворительностью, выделяя гранты на обучение перспективным начинающим поварам. Третьим был известный ресторанный критик, специализирующийся на десертах и особо благоволящий месье Ламберу. Я поняла это, когда он долго и многозначительно кивал, пробуя его печенье, хотя у всех остальных конкурсантов едва пробовал и что-то отмечал в своем блокноте, чтобы через полминуты перейти к следующему.
Супруга герцога тоже не удостоила меня комментариями, а вот бывший шеф произнес:
— Недурственно, весьма недурственно для такой юной особы. У вас получилось отличное печенье, — и перешел к девушке из водного мира.
Она так разнервничалась, что чуть не уронила нечто отдаленно похожее на кукисы с какими-то голубыми каплями, когда подавала ему на дегустацию, я же снова почувствовала скрестившиеся на себе взгляды и повернулась к зрителям. На меня смотрели одновременно Кириан и Нортон, и если от первого взгляда мне хотелось улыбаться до ушей, то от второго — как можно скорее избавиться.
Он мне совсем не нравился. После рычания Кириана в театре Нортон больше не пытался ко мне подойти. Если честно, он и к Кириану особо больше не подходил: их компания не разбилась на части, но с Нортоном и Смиррой они встречались отдельно, с Кирианом отдельно.
Он приглашал меня провести время с ними, но я всякий раз отказывалась. Потому что один раз попробовала и поняла, что они никогда не будут смотреть на меня как на равную, а я не смогу общаться с теми, кто меня за человека не держит. Заставлять Кириана выбирать между ними и мной я не собиралась, тем более что у меня всегда находилось, чем заняться. Я работала у Миссы, готовилась к конкурсу, и так далее. Устраивала посиделки с девчонками, с которыми по-прежнему жила в общей комнате.
Кириан звал меня переехать к нему, но я отказалась. Потому что переехать к нему — означало, стать его любовницей, фавориткой и протеже. А я не хотела ею быть, ни одной из них. Я хотела… гораздо большего, но гнала от себя эти мысли и просто наслаждалась отведенным нам с ним временем.
— Переходим ко второму этапу! — скомандовал ведущий после того, как мы все немного отдохнули, а жюри обсудили то, что попробовали и снова поназаписывали всякого в свои блокнотики.
