— Именно, — процедил я, медленно поднимаясь. Во мне заклубилась сила драконьего рода: еще немного и раскроются крылья. Как этот… с позволения сказать кондитер посмел обокрасть мою Катю?
Нортон меня перехватил, вцепившись в плечи и с усилием возвращая меня на место.
— Кир, не делай глупостей! — прошипел он, чтобы нас никто не слышал. — Во-первых, убийством одного из участников ты сорвешь сам конкурс, а Катя долго к нему готовилась. Она расстроится.
— Она уже расстроилась!
— Во-вторых, — проигнорировал меня бывший друг, — Ламбер иномирянин. Понимаешь? Иномирянин. Всем плионцам уже известно, что ты помогаешь случайным гостям из других миров. Всем. Но если ты выкинешь Ламбера вот в то окно из-за Кати, это не поможет ни тебе, ни ей.
Он был прав. Прав во всем. Я действительно за последнее время помог многим иномирянам. После коронации я планировал заняться этим вплотную, совершенно в другом масштабе. Изменить законы, касающиеся иномирян.
— Что ты предлагаешь? — Я не остыл, нет, но слова Нортона приглушили мою ярость. Будь Ламбер плионцем, можно было обвинить его в дискриминации иномирян прямо сейчас, но он им не был.
— Подать жалобу, провести расследование. Если рецепт макарон существует только в Катином мире, мы легко это докажем по запросу в Бюро.
— И сколько на это уйдет времени? — поморщился я.
— Пару дней, но все будет честно, официально. Это драконья отрыжка получит по заслугам.
— Не подходит, — качнул я головой, все-таки поднимаясь. — Катю все эти два дня будут считать мошенницей. У меня есть идея получше!
— Какая? — крикнул мне вслед Нортон, но я уже протискивался через зрительский ряд и спускался к Кате.
Правилами конкурса это не запрещалось, и охрана, естественно, меня не остановила. Я подошел к столу капибары, и боль в ее глазах ударила мне прямо в сердце.
Я не мог допустить, чтобы любимая страдала. Это было равносильно тому, словно кто-то вогнал клинок в мое сердце.
— Приготовь другой десерт, — сказал я Кате, перегнувшись через стол. До нее еще не дошла очередь, но моя иномирянка выглядела бледной и подавленной. Абсолютно потерянной. Я не мог этого допустить. Допустить, чтобы она упала духом. Пусть даже это просто проклятый конкурс! Этот конкурс для нее важен, и я сделаю все, чтобы Катя в нем выиграла! Утерла всем нос.
— Что? — встрепенулась она, ресницы дрогнули. Нет, не сдавайся, моя сладкая. Никогда не сдавайся.
Я в свой взгляд вложил весь свой порыв, все свои мысли.
— Кать, тебя Нортон украл и мне подарил. Ты не сдалась. Не сдавайся и сейчас. Я не встречал кого-то более смелого, чем ты. Храбрая, дерзкая, никогда не унывающая. Отчасти поэтому я тебя полюбил.
Ее голубые глаза распахнулись еще шире, Катя моргнула и уставилась на меня, словно я вдруг отменил заклинание-переводчик.
— Ты меня… что?!
Да, не в такой обстановке я хотел признаться в своих чувствах. Не такой реакции ожидал. Но оно вырвалось само. Признание, которое согревало драконью душу, которое давно вертелось на языке и жгло сердце. Теперь я немного жалел о своей поспешности. Может, не стоило вываливать на нее это сейчас?
Сжал кулаки, прежде чем снова повторить:
— Просто готовь другой десерт. Ты сможешь. Я в тебя верю.
— Но что? — В голосе Кате промелькнула паника, и я перехватил ее ладони, согревая в своих.
— Торт-балерину, может быть? — предложил я. — Или трубочки. Что может перебить популярность макарон?
— Что-нибудь не слишком сладкое, — подсказал возникший рядом с Катиным столом Нортон.
— Несладкое? — прорычал я. Из Норта тот еще советчик!
— Я слышал, как судья-герцогиня во всеуслышанье жаловалась на то, что все десерты слишком приторные.
— В этом смысл, — снова рыкнул я. — Это же десерты!
— Необязательно, — покачал головой Нортон и повернулся к Кате. — Да, она злится на тебя, потому что ты протеже принца, но мы ее поймаем на слове. Ты знаешь какой-то рецепт, который был бы не слишком сладким, но понравился бы большинству? И который перекрыл бы популярность макарон.
Мне стоило отдать Норту должное: он выдернул Катю из уныния. Она на секунду задумалась, а затем ее лицо вдруг просветлело.
— Моти! — воскликнула она.
Я скривился, а Нортон вскинул брови:
— Это что такое? Я пробовал все твои десерты.
— Не все, — усмехнулась Катя. — Эти штучки не понравились Кириану, поэтому я не стала делать их для продажи.
— Они совсем несладкие, — проворчал я.
— Потому что ты главный сладкоежка Плиона, — хохотнул Нортон. Надо было сломать ему нос, но, глядя на Катину улыбку, я передумал.
— Мне понадобится ваша помощь, — сказала она.
— Все, что захочешь, Катенька, — промурлыкал Норт, и я снова передумал.
Впрочем, времени ломать носы совершенно не было. Подошла очередь Кати, и она принялась рассказывать про восточный десерт из рисового теста и нежнейшей начинки, мы с Нортоном отправились доставать все необходимое. В своем желании помочь Кате сейчас мы превратились в команду.
