Кириан с Нортоном убежали за недостающими ингредиентами, а я принялась готовить все необходимое. Остальные конкурсанты уже вовсю занялись десертами, а вот Ламбер все никак не унимался. Видимо, ему я была как кость в горле:
— Разве правилами допускается смена запланированных десертов? — уточнил он у жюри и ведущего.
— Не допускается. Вы планировали делать что-то другое? — уточнил у меня ведущий.
— Лучше спросите у месье Ламбера, откуда ему известно, что планировала делать я? — парировала, сложив руки на груди. — Последний десерт остается сюрпризом до его объявления.
— Догадаться не составляет труда, вы только что заявили о дополнительных ингредиентах, — хмыкнул Ламбер.
Вот ведь…
— Я переволновалась и забыла внести их в список, — хмыкнула я. — Месье Ламбер, занимайтесь лучше макарон, они требуют очень много времени и сил. Отвлечетесь — сделаете что-то не то, проиграете и расстроитесь.
— А вам откуда известно, сколько времени они занимают?! — прищурился этот нечестно играющий хмырь.
— Так вы же сами сказали, у вас украли рецепт. Видимо, эти бессовестные воришки решили рассказать о нем всему миру, вот слухи дошли и до меня.
Ламбер скривился, но что на такое ответить, не нашел.
Я бы с большим удовольствием сейчас засветила ему тортом в лицо, но торт уже унесли зрителям. К тому же, после такого меня явно дисквалифицировали бы, поэтому я решила не поддаваться больше на провокации Ламбера и вернулась к подготовительным моментам. К счастью для меня, моти довольно быстро готовятся. К несчастью, разыскать формы для них за такой короткий срок не представлялось возможным, поэтому оставалось лепить вручную.
Ничего, справлюсь. Мы в столовой в приюте, когда у нас были уроки труда, пельмени на скорость на спор лепили. Так что сейчас оставалось только дождаться Кириана с Нортоном. Основная засада заключалась даже не в начинке, а в рисовой муке. В прошлый раз мы ее заказывали из моего мира (здесь такого не было), но сейчас…
Нортон, конечно, сын директора Бюро, но я все равно волновалась. Потому что бюрократические проволочки, и все такое, и даже если он действительно даст добро на переход, это же еще кого-то надо туда отправить… Я вздохнула и постаралась не накручивать себя. Занялась начинкой в начинке, как я ее называла. Сделала парочку фруктовых, одну под сникерс и одну с кокосом.
Время шло, парни не возвращались, и я начала грызть губы. От нервов. Потому что все остальные либо уже успешно занимались украшательствами, либо начинкой. Конечно, запас еще оставался, но…
Ламбер ехидно поглядывал на меня, зрители уже съели торт, я же начинала злиться. Дело было не столько в победе, сколько в том, что я не хотела уступать этому мошеннику! Как раз в тот момент, когда я об этом подумала, влетели запыхавшиеся Кириан с Нортоном.
— У вас остается не так много времени! — произнес ведущий. — Напоминаю, что для приготовления десертов использовать помощников нельзя.
Я представила Кириана или Нортона в фартучках и почему-то фыркнула, но дальше мне было не до смеха. Может, я и знала процесс как свои пять пальцев, но времени действительно оставалось все меньше, меньше и меньше. Сначала я сделала тесто, закинула его остывать и теперь вплотную занялась кремом.
Не зря говорят, что глаза боятся, а руки делают. Я закончила аккурат в тот момент, когда прозвенел звонок, правда, вся была в крахмале, муке, перемазанная в начинке, и в целом, наверное, была просто «красавица». Впрочем, когда я подняла взгляд на Кириана, вернувшегося на свое место, он смотрел на меня так, будто был не прочь облизать с головы до ног. Буквально.
От этого взгляда я вспыхнула до корней волос, а еще мигом вспомнила, что он мне сказал.
«Отчасти поэтому я тебя полюбил».
Наверное, если бы это не было брошено вскользь, в разговоре, связанном с катастрофой по поводу макарон, я бы засомневалась. Но именно потому, что это было сказано на бегу, в самом простом разговоре, это было особенно ценно. Потому что он вряд ли это вообще планировал и просто сказал то, что на самом деле чувствует.
Сейчас, когда соревнование закончилось, меня накрыло осознанием этого, поэтому я даже пропустила мимо ушей слова герцогини о том, что мой последний десерт «невнятное нечто». Мужчины комментировать не стали, и мне оставалось только догадываться, понравилось им или нет. Правда, сейчас уже оставалось совсем чуть-чуть времени до момента истины, и я просто опустилась на стул, чтобы отдохнуть.
Улыбнулась девушке из водного мира, и она подошла ко мне:
— Можно попробовать?
— Да, конечно, угощайся. — Я кивнула, и она взяла моти. Надкусила, расплылась в блаженной улыбке:
— М-м-м-м-м-м… как вкусно! И вообще не сладко!
— Некоторые считают это недостатком, — я посмотрела на Кириана и не смогла сдержать улыбку.
— В моем мире вообще нет сладких десертов! Я старалась сделать торт максимально близким к тому, что принято называть десертом во множестве миров, но…
— Твой торт — произведение искусства! — сказала я, вспомнив море и скалы. — Жаль, мне не удалось его попробовать. Я тоже не сильно люблю сладкое.
