— Вы не знаете, куда отправилась та группа?
Он бросил быстрый взгляд через мое плечо и покачал головой.
— Я пришел сюда всего несколько минут назад.
— Не беспокойтесь, — ответила я, хотя у меня было много забот. — Можно мне клюквенной водки?
Мне не нужна была еще выпивка. Я не нуждалась в двух последних, но беседа текла своим чередом, и было достаточно легко заказать еще одну порцию, а затем еще одну. Хотя группа была не совсем в моем вкусе — как я и предполагала, в ней было много «пивасика», «бро» и спорта, — было весело быть с людьми и разделять трудности, связанные с возвращением в школу.
Слезы навернулись на глаза, когда я подумала о том, что весь вечер разговаривала и смеялась с группой людей, а потом они оплатили счет и ушли, пока меня не было за столом. Из всех нелепых вещей, которые случались со мной в туалетах за последний месяц, начиная с женщины, слушающей, как я писаю и заканчивая Ноем, изучающим рельеф моей задницы, эта поразила сильнее всего. Я не хотела плакать из-за случайных знакомых, но знала, что никогда не позволю такому случиться ни с одним моим случайным знакомым.
Бармен поставил передо мной напиток, но я не притронулась к нему. Вместо этого достала свой телефон и вошла в приложение сервиса такси. В итоге я открывала и закрывала приложение пять раз, полагая, что в этом маленьком липком уголке ада не самый лучший интернет-сервис, прежде чем поняла, что нехватка машин на моем экране это не глюк.
Нет, в этом районе была только одна машина, и она не прибудет в течение сорока пяти — пятидесяти минут. Я запросила машину и на мгновение уставилась на экран, ожидая подтверждения. Оно не пришло.
— А могла бы быть в постели, — ворчала я себе под нос. — Вместо того чтобы всю ночь обсуждать свежую драму в девичьем волейболе.
Я открыла свои сообщения, пролистала мимо Джейми, Одри, Грейс и Эмми. Даже если бы они захотели мне помочь, они были в сорока пяти — пятидесяти минутах езды. Я остановилась на Ное. Мы не часто писали друг другу. Черт, да мы вообще редко разговаривали друг с другом. Отчасти это было связано с изменением расписания Дженни и началом школы. Другая часть заключалась в том, что мы еще не разобрались в наших отношениях.
Не то чтобы у нас были отношения.
Мы были женаты, но только формально.
Мы были друзьями, но скорее старыми друзьями, которые не знали, как продолжить начатое. Были моменты, когда мы погружались в старое знакомство, и это были самые лучшие моменты. Я чувствовала, что ко мне вернулся мой друг. Но были моменты, когда мы спотыкались друг о друга и не могли найти дорогу сквозь время и непонимание.
Я нажала на его имя и прочитала последнее сообщение, которое он отправил. Оно было от среды, в нем говорилось, что он задерживается на несколько минут на молочном заводе и не могла бы я побыть с Дженни подольше? Конечно, я не возражала.
Я начала печатать.
Шей:
Шей:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Шей:
Ной:
Я помахала бармену.
— Как называется это место?
Он улыбнулся, пробежавшись взглядом по моим серьгам с кленовыми листьями и по моему платью-футболке цвета морской волны.
— «У Билли», — сказал он. — Так все его называют. Официально — «Летающие топоры». Он указал в сторону дорожек для метания топоров. — Готовы сыграть?
— Хм. — Я покачала головой. — Может быть, позже.