Мне так сильно хочется подойти к ней, что я вынужден вцепиться в машину. Мы так и стоим, не в силах отвести взглядов друг от друга, кажется, что и не было тех четырнадцати месяцев, мы словно перенеслись к тому поцелую в переулке в Нью-Йорке. Весь достигнутый прогресс от расставания — забыт. Я понимаю это, и ей это известно, потому что она движется ко мне, зеркально отражая мою потребность в ней. Она спускается с тротуара и идет ко мне.
Наконец-то я снова смогу прикоснуться к ней. А затем неплохо бы добраться до сути этих их «поездочек» по каким-то делам. О последствиях подумаю позже. Прямо сейчас — Анна моя.
Только я собираюсь захлопнуть дверцу автомобиля, как ощущаю покалывание в затылке. Подняв взгляд к серому зимнему небу, я натыкаюсь на хорошо знакомое зрелище.
Два шептуна.
— Черт, — шепчу я. Отступаю на шаг, и этот шаг будто равен смерти. Анна тоже их видит и со страхом в глазах мчится спрятаться между двумя машинами. — Не вздумай искать меня, — говорю я, потому что это вполне в ее духе. — Я поеду в аэропорт. — Она кивает, осознавая, что я не останусь в городе, и ее подбородок начинает дрожать.
Холодный воздух начинает пробирать меня, пока я залезаю в машину. Я хочу уехать отсюда как можно скорее, пока шептуны не засекли нас вместе, и тем самым не поставить ее под угрозу.
Вот поэтому мне и нельзя видеться с Анной. Ни на мгновение.
Отъехав на достаточное расстояние, я со всей силы начинаю бить по рулю руками. Что есть мочи ору матом. Срываю шапку с головы и швыряю на пол машины.
Мы никогда не будем в безопасности. Она никогда не будет моей.
«Я никогда не покажу тебе свою тайную сторону
Я держу её в клетке, но не могу контролировать, поэтому держись от меня подальше.»
«Monster» Skillet
Встреча с Анной, пускай и мимолетная, кое-как помогает мне продержаться следующие несколько месяцев. Незаметно подступает мой девятнадцатый день рождения, и также незаметно проходит, отмеченный лишь сообщением близняшек и звонком из жалости от Блейка.
Моя жизнь всегда шла как по шаблону: я выполнял необходимые задачи и хорошо выкладывался на выступлениях, но теперь на выступления мне стало плевать. Я больше не растворяюсь, играя на барабанах. Слишком поглощен мыслями о жажде чего-то большего. Парни видят, что со мной что-то не то, и я слышу их разговоры на эту тему. По их мнению я подсел на наркоту типа кокаина. А мне слишком все равно, чтобы переубеждать их.
В мае у меня начинает сосать под ложечкой. С последней нашей встречи прошло три месяца, и у нее, насколько я помню, скоро день рождения. Мне нужно хоть что-то узнать о ней, убедиться, что она в порядке.
Я сижу в баре с Майклом, Беннетом и Раджем, как вдруг замечаю, что сидящая неподалеку группка девушек смотрит на меня, а затем рыпается в мою сторону. Тогда я беру мобильный и звоню Марне. Девушки замирают в ожидании. А во время разговора у меня срабатывает интуиция.
— Где вы? — спрашиваю я, когда Марна поднимает трубку.
— В Шотландии, лихой парниша, — щебечет она.
— Есть новости?
— Э-э… нет. Не совсем.
— Не совсем?
— В смысле — нет. Совсем нет.
Дурное предчувствие обжигает изнутри.
— Они все еще путешествуют?
— Нет.
Не успеваю я задать следующий вопрос, как слышу, что мои друзья кого-то громко приветствуют, а затем до меня доносится голос Анны Мэлоун.
— Привет, Кай! Ты же сегодня придешь?
— Кто это? — поспешно спрашивает Марна. — Другая Анна?
— Тише, — говорю я, обращаясь к Анне. Она вся сияет, но потом ежится.
— Ой, прости! Не знала, что ты разговариваешь по телефону. — Она улыбается и прикрывает свой рот, затем отворачивается к бармену, чтобы сделать заказ.
— Что за тупица, — буркает Марна.
— Расскажи, что еще ты слышала, Марн. Она слишком явно медлит.
— Ну, как я и сказала, — ничего.
Кожу начинает жечь. И как обычно, я представляю себе наихудший сценарий.
— Что-то стряслось. Кто-то пострадал?
— Нет!
Второй по ужасности сценарий.
— Они замутили?
Марна снова медлит, и на этот раз кожа вспыхивает болью, словно меня заживо едят муравьи. Она выдавливает из себя фальшивый смех.
— Нет… что за глупости.
Марна лжет. Она всегда медлит от неловкости, перед тем как соврать.
— Мне пора. — Звучит так же безжизненно, как я себя ощущаю.
— Кайден, подожди!
— Ты медлила, Марна. — Я все-таки говорю это.
Она начинает эмоционально отрицать.
— Пожалуйста, послушай. Это не то, что ты думаешь.
— Именно то.
— Нет, серьезно. Был лишь один моментик, крошечный поцелуй, но они не…
— Хватит, — яростно шепчу я, сжимая телефон. — Я не хочу это слушать.
