— Неизбежно? — переспрашивает. Я сдерживаю улыбку, улавливая в ее взгляде явную ярость. — Ну, прям как у тебя с той девицей с работы, Анной?
Откуда..? Я теряю бутылку и она с грохотом падает на деревянный настил.
— Твою мать. — Я поднимаю ее, изо всех сил пытаясь не показывать своего удивления. Чертова Марна. Заталкиваю обратно проснувшееся чувство вины. Я не прикасался ни к одной девушке до тех пор, пока не услышал об Анне и Коупе. Да и сейчас ничего не изменилось.
Но я не хотел бы, чтобы Анна узнала об этом, отчего я чувствую себя грязным уродом.
Слишком взволнованный, я зову Блейка. Мне не удалось заставить Анну потерять самообладание. Очко в ее пользу. Я рад, когда к нам присоединяется Блейк, потому что вдвоем у нас выйдет вывести Анну. В команде мы можем все. Крайне довольный собой, когда она наконец краснеет, я сажусь и погружаюсь в собственные мысли.
— Мне не нравится, когда люди оказываются фальшивками, многозначительно говорит она, и я хмурюсь. Вот, значит, как она думает? — Если вы присядете и помолчите хоть минутку, я объясню, зачем приехала и сразу уеду. А вы сможете продолжать свое веселье.
Скорее всего она блефует, взывая к нашей совести, но я сажусь ровнее, готовый внимать ее словам.
— Помнишь монахиню, сестру Рут, с которой я должна была встретиться во время нашей поездки? — Я киваю. Которая скончалась. — Ну, она явилась ко мне духом. Оказывается, она была ангельским Нефилимом. Она — потомок ангела-хранителя апостола Павла. И именно его меч Справедливости она передала мне.
У меня отвисла челюсть, как и у Блейка.
— Она нашла меня, чтобы рассказать о пророчестве. Пророчестве, в котором сказано, что демонов навеки свергнут с лица земли, и сделает это Неф, наделенный и светом, и тьмой.
Сердце в груди начинает отбивать барабанной дробью. Неф, наделенный и светом, и тьмой…
— Ты, — шепчу я. Она ловит мой взгляд и, удерживая его, кивает.
Пока в голове крутятся шестеренки, я могу только тупо смотреть перед собой. Анна — центральная фигура древнего библейского пророчества. Хотя чему я удивляюсь — ведь с самого начала было понятно, что она отличается от нас, но я не думал, что настолько. Это опасно.
— Перескажи нам пророчество, — прошу я.
Анна сглатывает и выдаст на одном дыхании.
— Времена, когда демоны наводнят землю, и человечество будет в отчаянии, станут великим испытанием. Восстанет Нефилим, что сердцем чист, и свергнет демонов с лица земли. Тем, кто раскаются — будет даровано прощение и путь обратно в рай открыт, но остальным дорога в ад.
— Черт, — шепчет Блейк. — Ты запомнила его?
— Пришлось. — Затем рассказывает, как узнав о пророчестве еще в прошлом году отправилась по миру в поисках союзников среди Нефилимов. О Сирии и встрече с Занией, дочерью Сонеллиона. Анна рассказывает о тяжелой судьбе Зи под гнетом князя Ненависти. В ее обязанности входило стимулирование ненависти и недоверия к женщинам на Ближнем Востоке. А еще у нее обнаружилась алкогольная зависимость. Анна считает, что когда наступит время, — она примкнет к нам.
Дальше она отправилась в Австралию к Флинну, сыну Маммона. Он — рыжеволосый боксер ММА, чьим жизненным наказанием стала жадность. Он оказался более чем счастлив пойти против Князей.
Я чувствую укол ревности из-за того, что на эту миссию ее отправили не со мной, но прекрасно осознаю, что с Копано куда безопаснее. Как бы мне ни хотелось это признавать, но я рад, что она была не одна, да и к тому же, будь с ней я — отец бы по-любому об этом прознал.
Мы получаем ответы на свои вопросы и кусочки мозаики постепенно складываются в очень важную картину.
— Сейчас мы просто составляем список союзников, — говорит Анна. — Спешка недопустима. Думаю, мы получим какой-то знак, когда надо будет начинать действовать.
В ней не чувствуется страха, только мудрость, и я поражен тем, какое бремя она носила весь прошлый год и не прогнулась под его тяжестью. Я не сомневался, что Анне было предначертано нечто великое.
Но такого удивительного и пугающего предназначения я не ожидал. Это… И тут Анна резко подрывается.
— Куда ты? — спрашивает Блейк.
Она демонстративно отряхивает шорты.
— Домой. Я рассказала вам то, ради чего приехала. Было… приятно повидать вас.
И все? То сеть она вывалила на нас бомбу и сбегает? Так и продолжая сидеть, я пристально смотрю на нее, но она избегает моего взгляда.
Они с Блейком обнимаются.
— Не уезжай, — говорит он.
— Так будет лучше, — бормочет она.
Значит, это не необходимость.
— А я рассказывал тебе какой упрямой она бывает, когда хочет? — говорю Блейку. Я стараюсь принять расслабленный вид, словно мне все равно.
— Это не упрямство! — Она упирается руками в бедра и я выгибаю бровь, пытаясь не улыбаться на ее реакцию. Указав на меня пальцем, продолжает: — И вообще, твоего мнения не спрашивали. Осел.
Блейк считает это высказывание очень забавным и ржет как гиена.
— Чувак, тебя только что назвали ослом.
— Вообще-то, я кобель.
Анна раздраженно поджимает губы, и я этим даже наслаждаюсь. Я готов подтрунивать над ней весь день, лишь бы она осталась.
— Да ладно тебе, оставайся, — упрашивает Блейк.
