Сладкое искушение полностью

– Лишиться в таком возрасте матери – хуже катализатора не придумаешь.

Кристиан натянуто улыбнулся.

– Ну как бы там ни было, отец счастлив, что отдал тебя за Кассио.

Потом мы говорили только о папе. О том, как он уже пожинал плоды моего брака. Люди перестали судачить за его спиной, потому что боялись моего мужа. Я сомневалась, что Кассио станет помогать папе, если только я сама не попрошу его.

Симона начала кукситься.

Я вздохнула.

– Это значит, что пора менять подгузник. Посидишь пока здесь?

Кристиан покачал головой.

– Переживу. Я и не такое видел.

Я взяла Симону на руки, и мы поднялись в ее комнату. По пути я заметила, что дверь в бывшую комнату Гайи приоткрыта. Решив позже зайти к Даниэле, я уложила Симону на пеленальный столик.

Когда отстегнула памперс, Кристиан поморщился. Очевидно, ему никогда не приходилось менять подгузники.

– Мне показалось, ты сказал, что и не такое видел? – поддразнила я его, хотя мне и самой бывало не по себе от запаха, особенно если Симона ела мясо – как сегодня.

– Это не значит, что мне должно такое нравиться.

– Мне тоже не нравится, но кто-то же должен это делать. – Я пощекотала животик Симоны и она засмеялась. – Да, детка?

– Папе не стоило принуждать тебя к этому браку. Ты слишком молода и неопытна, чтобы заботиться о двух маленьких детях, которые даже не твои родные.

Меня начинало раздражать, что все вокруг твердят одно и то же. Мама, сейчас Кристиан, да даже сам Кассио только и делают что называют их его детьми. Мы не так давно женаты, но мне бы очень хотелось, чтобы он заметил, как я стараюсь о них заботиться.

– У меня все под контролем, Кристиан, – отрезала я. – Да, бывает нелегко, но я не собираюсь сдаваться. Ты же знаешь, какой я могу быть упрямой.

– Знаю.

Я бросила на него возмущённый взгляд, но от этой его ухмылки, которую помню с самого детства, просто не смогла долго злиться. Закончив переодевать Симону, положила ее в кроватку. Я видела, что она уже устала, к тому же днём уложить ее не получилось. Едва я отошла, она начала плакать, и мне пришлось вернуться и снова качать колыбельку, пока Симона не закрыла глазки. Но стоило попытаться отойти, как она опять закапризничала. На этот раз я не стала к ней подходить, надеясь, что она успокоится сама. Некоторые психологи советовали дать детям успокоиться и позволить им поплакать, но у меня сердце кровью обливалось.

– Она такая капризная, – заметил Кристиан. Он прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди.

Я взяла Симону на руки в надежде выяснить, что ее беспокоит. Она продолжала хныкать, а потом без предупреждения срыгнула на меня и на себя.

– Фууу, – скривился Кристиан.

Я вздохнула, снова переодела ее и уложила в кроватку. На это раз она заснула буквально через пару минут. Я знаками попросила Кристиана не шуметь, пока мы выходили из комнаты и закрывали за собой дверь.

– Тебе не надо переодеться? – спросил он, кивая на испачканные волосы и блузку на мне.

Я фыркнула.

– Неа. Мне нравится вонять, как бар воскресным утром.

– Как будто ты знаешь, как это.

Конечно, нет. Меня бы никогда не отпустили в такое место, и не только из-за возраста. Да и Кассио после моего совершеннолетия наверняка не позволил бы мне пойти в такое место. Я зашла в спальню, стараясь не сильно принюхиваться к своей воняющей блузке. Кристиан с интересом оглядел спальню. Я задумалась, не будет ли сердиться Кассио на то, что я впустила постороннего в его личное пространство. Хоть они и работали вместе несколько лет, друзьями точно не считались.

– Быстро приму душ. А ты не мог бы присмотреть за Симоной? Я беспокоюсь, что она может срыгнуть ещё раз.

– Конечно. Подожду тебя в коридоре. В конце концов, не могу же я оставить тебя без охраны.

Я закатила глаза и направилась в ванную комнату. Не так-то просто оказалось снять с себя грязную одежду и не вымазаться. Накинув халат, я спустилась вниз в прачечную и закинула одежду в стиральную машинку. Кристиан проводил меня вопросительным взглядом. Наконец, когда полилась тёплая вода, смывая с меня отвратительный запах, я вздохнула с облегчением.

Я сушила волосы, когда услышала какой-то шум. Выключив фен, прислушалась. До меня донесся возмущённый мужской голос. Я подошла к двери спальни.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – рычал Кассио.

Выронив фен, я, как была, с всклокоченными волосами, в одном полотенце бросилась в спальню. От увиденного в спальне я потеряла дар речи. Кассио прижал Кристиана к стенке, вцепившись в горло моего брата.

Кассио заметил меня, медленно скользнул взглядом ниже, и мой вид привёл его неописуемую ярость.

Он повалил Кристиана на пол, выхватил нож из ножен и поставил одно колено на грудь брата. У меня кровь застыла в жилах. Кассио прижал блестящее лезвие к горлу Кристиана. Из раны тут же потекла кровь. Да что здесь творится?

Бросившись к нему, я схватила его за руку и попыталась оттащить.

– Кассио! Ты что творишь? Прекрати! Перестань, пожалуйста!

Кассио навис над Кристианом, не обращая внимания на мои попытки остановить его.

– Какого черта ты делаешь здесь наедине с моей женой?