После двух лет ее писем я познакомился с причудами ее ума. Я, может, и не знаю, как выглядит моя сводная сестра, поскольку не видел ее с тех пор, когда она была ещё совсем малышкой, но у меня есть очень хорошее представление о том, как она думает. Может, она и пыталась сказать мне, что все случившееся "не имеет большого значения", но я уверен, что это не так. И, несмотря на отсутствие родственных чувств к ней, я никому не позволю обижать своих.
Сложив письмо, я кладу его в карман, а затем направляюсь через двор к группе заключенных, играющих в карты у бетонной плиты.
— Кирилл. — Я поднимаю подбородок, глядя на парня без рубашки, сидящего во главе стола. Его торс покрыт татуировками, а над левым глазом у него пирсинг в брови. — Опять проигрываешь?
Болгарин пристально смотрит на меня, потом бормочет что-то на родном языке. Остальные его ребята бросают карты и торопливо уходят. Я усаживаюсь на свободное место справа от него и сцепляю пальцы за головой.
— Что-то не так с работой, Спада?
— Нет. — Я качаю головой, осматривая двор в поисках потенциальных стукачей. — Твоя проблема будет решена завтра, как мы и договаривались.
— Я хочу, чтобы ему было больно.
— Твои предпочтения уже учтены. Не волнуйся. С твоим дядей будут обращаться с максимальной осторожностью.
— Хорошо. С меня должок.
Я улыбаюсь.
— Ты мне должен гораздо больше. Продолжай в том же духе, и я разберусь со всеми твоими проблемными членами семьи к тому времени, как ты выйдешь.
Из его груди вырывается гортанный смех.
— Как, черт возьми, ты это делаешь, Спада? Ты сидишь здесь взаперти уже сколько, пять лет? А гребешь дерьмо на воле так, будто ты там лично.
— Почти одиннадцать, — говорю я. — А
— Мм-хм. Напомни мне, чтобы я не попадался тебе на глаза. — Он добродушно подмигивает мне.
Один из командиров на сторожевой вышке подает сигнал об окончании отдыха, и заключенные начинают пробираться к входу в блок D — мой "милый дом" еще на семь с половиной лет. Некоторые держатся поодиночке, идут, низко склонив головы, но большинство собираются в большие группы. Они держатся в своих стаях для защиты. Стараясь не привлекать внимания охранников, расставленных по всему двору.
Иногда это чертово место действительно напоминает зоопарк.
— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, Кирилл.
— Только скажи.
— Какой-то ублюдок пристает к моей сводной сестре в школе. — Я наклоняю голову в знак приветствия, когда мимо проходит главарь одной из мелких банд в моем квартале. — Мне нужно, чтобы ты отправил одного из своих племянников поболтать с этим мелким ублюдком. Сделай это, и я буду считать долг твоего дяди полностью выплаченным.
— Готово. Насколько интенсивной должна быть эта беседа?
— Несколько сломанных костей будет достаточно.
— Передать ему какое-то сообщение?
— Да. — Я встречаюсь взглядом с Кириллом. — В следующий раз, когда он приблизится к Захаре Веронезе на расстояние двадцати футов, он будет есть через соломинку. До конца своей жизни.
Кирилл приподнимает пронзенную бровь.
— Не думал, что ты заботишься о ком-то настолько, чтобы искалечить до смерти. И,
— Мне плевать на девчонку. Мне нужно, чтобы она сосредоточилась на чем-то более важном, чем школьные хулиганы. Убедись, что это будет сделано. — Я отталкиваюсь от скамейки. — Этому сопляку лучше не испытывать мое терпение.
Тихий стук в дверь вытаскивает меня из глубокой, темной ямы, которой является мое домашнее задание по математике.
— Войдите.
— Зара. — Айрис, наша горничная, заглядывает в комнату. — Я не помешала? Я хотела узнать твое мнение о шторах, которые нужно поменять в гостиной.
Ее тон серьезен, но на лице легкая ухмылка. Та самая, которая у нее бывает, когда она приносит мне письмо.
Я вскакиваю с кровати и бегу через комнату.
— Конечно. Заходи. — Я буквально затаскиваю ее внутрь и закрываю дверь. — Ты принесла письмо?
— Да. Я схватила его, как только забрала почту. — Она достает сложенный конверт из кармана и протягивает его мне. — Тебе нужно, чтобы я сегодня передала твое письмо на почту?
— Пока нет.
— Хорошо. Я буду внизу, если понадоблюсь.
Она поворачивается, чтобы уйти, но я хватаю ее за руку, останавливая.
— Спасибо. За все.
