Славяне и арийский мир полностью

Что касается лошади, то случай с ней очень интересен. Латинское название лошади, equus, общее всем арийским языкам, и прежде предполагалось, что арийские переселенцы привели ее с собой из Азии в Европу. Но недавние археологические открытия опровергли эти заключения и показали, что название, общее всем арийским языкам, должно было прилагаться к дикой лошади, бродившей громадными стадами по Европе и составлявшей главную пищу палеолитических охотников. Так в Солютрэ, около Макона, кости лошадей, послуживших пищей жителям, образовали склад в 10 футов глубины и 300 футов длины, а число найденных скелетов определяется от 30 000 до 40 000. Первобытная лошадь была невелика. Но голова была непропорциональна росту и зубы очень велики.

Животное походило на тарпана или дикую лошадь степей Каспийского моря. Две из этих диких лошадей выгравированы в весьма живых позах на оленьем роге, найденном в Маделене, в департаменте Дордоньи.

Склады, найденные в пещерах у подошвы Монте Пеллегрино, около Палермо, доказывают также, что лошадь составляла главную пищу первобытных обитателей Сицилии. Стада диких лошадей загонялись, вероятно, вдоль узких долин в западни или бросались с утесов, погибая таким образом. С введением усовершенствованного оружия из кости и рога, дикая лошадь сделалась менее изобильной, но она еще была распространена во Франции, Бельгии, Германии, Швейцарии и Англии.

Во времена неолитические дикая лошадь жила на равнинах Западной Швейцарии и входила в состав пищи первых обитателей озерных селений. По-видимому, она была с самого начала полудомашней. Арийские пастухи, для которых мясо и молоко этих полудиких лошадей было драгоценно, гоняли их, вероятно, стадами перед собой, отыскивая пастбища, как это делают и теперь татары в азиатских степях.

Лошадь как домашнее животное была неизвестна ни аккадийцам раньше завоевания Вавилона семитами, ни этим последним до лингвистического разделения семитической семьи; она не появляется на египетских монументах раньше эпохи Нового царства. Это было после завоевания Египта гиксами, которое повлекло за собой, без сомнения, и появление лошади, приведенной из Центральной Азии.

Она была хорошо знакома хеттеянам (kheta) и тюрко-татарской расе раньше ее разделения; это значит, что она была приручена сначала в Центральной Азии. В швейцарских озерных постройках каменного века и начала бронзового нашли несколько костей и зубов, принадлежащих лошадям, которые, без сомнения, были употреблены в пищу, но только в Мерингене и в Овернье, восходящих к более позднему периоду бронзового века, находим мы лошадиные удила из оленьего рога и бронзы. Эти удила имеют лишь 9 сантиметров^{150} ширины и в настоящее время с трудом могли бы годиться для детского пони. Я сделал несколько измерений, чтобы определить рост лошадей, которым подошли бы удила бронзового века. Небольшая лошадка в 13¹/₂ ладоней требует удил в 11–12 см ширины, а пони Шотландских островов, ростом в 11³/₄ ладоней, требует удил в 9–10 см ширины. Современные лошадиные удила имеют в ширину от 12 до 18 см, и я узнал, что удила величиной с те, какие находят в швейцарских озерных жилищах, употребляются в настоящее время лишь для ослов.

Самые древние подковы происходят из озерного жилища в Паладрю, в Дофинэ, принадлежащего к последним временам железного века и, вероятно, более позднего, чем римское завоевание. Подковы имеют ширину от 9 до 10 см, что показывает, что лошади были очень малы.

Постройки конца бронзового века в Северной Италии, могущие относиться к XI веку до Р.Х., доказывают, что лошадь была приручена в эту эпоху.

В течение долгого периода после того, как была приручена лошадь, в качестве вьючного и упряжного животного продолжали употреблять вола, как более смирного, сохраняя лошадь для воинских колесниц, как это делалось у египтян, ассирийцев и хеттеян, и для бега колесниц и триумфальных шествий, как это было у этрусков и греков. Любопытно заметить, как поздно человек осмелился оседлать «быструю». Мы знаем, что в Древнем Египте для верховой езды употреблялся исключительно осел.

Ничто в Ведах не показывает, что тогда практиковалось искусство верховой езды. Мы находим первое упоминание о ней в Авесте, что показывает, что иранские арийцы переняли это искусство от соседних татарских племен. Термины, относящиеся к верховой езде, различны в зендском, греческом, латинском и тевтонском языках. У греков гомерического века лошади запрягались в колесницы для войны или для бега, и может быть, бывало, что при случае садились на лошадь без седла, но верховой езды в настоящем смысле слова не было^{151}.

Обломок статуэтки из терракоты, найденный генералом Ди-Чеснола на Кипре, является, вероятно, самым древним изо всех имеющихся изображений человека верхом на лошади. Более новейшие фигуры показывают, что лошадью управляли сначала скорее посредством недоуздка, чем посредством удил.