— Что ты понимаешь в гармонических интервалах, — вздохнул командир отряда. — Я на тебя, стрелок, не обижаюсь. Тебе что контрапункт, что командный пункт — всё едино. А ты знаешь, — добавил он, что именно музыка вела в бой македонские войска и колесницы Рамзеса Великого?
— Не знал. Не знал, что уже тогда использовали психическое оружие.
— Шутник, — Юра безобидчиво провёл по струнам.
— И при чём здесь, кстати, «С-300»? — спросил Григорий.
— Кто его знает. Японцы, к примеру, на своих космических ракетах пишут священные тексты в которых просят чтобы они, ракеты, не падали, а долетали до орбиты. И тоже, кстати, что-то там поют…
— Типа твоего…
— Да, типа моего, — серьёзно ответил Юра. — Они там прямо хоровод вокруг ракетоносителя водят. И без такой церемонии, между прочим, добро на пуск в Японии не даст ни один премьер министр. А почему? А потому, что они к делу подходят практически, то есть эмпирически. Ты, кстати, закончил? — Юра показал глазами на книгу, лежащую на груди Григория. — Неделя уже прошла.
— Да, — хмуро ответил тот.
— Вот и молодец; вот и молодец; послушай фрагментик произведения… — Музыкант переплел пальцы между струн, стал колотить медиатором и тянуть аккорды. — Пониженная квинта! Тебе это ни о чём не говорит? — И снова извлёк фонтан невообразимых звуков.
Григорий со вздохом шевельнулся в гамаке и сбил пепел с сигареты. Сочувственно поглядел на командира.
— Ну пониженная, так пониженная. Только вот зачем? А почему, к примеру, не повышения?
— Не катит. Не тот звук. У тебя звание повышенное? Вот то-то. А пониженным может стать моментально. Квинта это и имеет в виду. Ты чувствуешь, какая умная штуковина музыкальная гармония?
— О господи! — Григорий перевернулся на бок и выбросил в траву сигарету.
— Да ты знаешь, — стал заводиться любитель музыкальных интервалов, что вся современная музыка возникла благодаря этой пониженной квинте? Красота и трагедия падения понятны всем людям искусства! И даже просто людям… Два интервала, две ноты изменили лицо музыкальной индустрии, нет они совершили прорыв, переворот, парадигму в восприятии музыкального ряда! Если бы не они, Пол Маккартни и Мик Джагер остались бы нищими и никогда нигде не выступали бы, а Эрик Клэптон, Ай-Си-Ди-Си, Дип-Пёрпл и Пинк Флойд спились бы и закончили жизнь под забором.
— Наверное секретные? — спросил заинтересованно оператор АРСН.
— Кто?
— Ноты.
— Да нет. Обыкновенные, известные давно интервалы. Пониженная квинта — уже тебе известная и пониженная терция в мажорном ряду.
— А что за терция такая? — проявил интерес Григорий.
Юра забренчал что-то невообразимое и стал подвывать: «Мы ходим по кустам, там где нет людей…»
— Господи, да от этого искусства наши боеголовки самоликвидируются не взлетев, — заметил Григорий. — Эти твои терции и квинты надо исполнять при внезапной встрече с противником, пан Юра. Давай лучше «Мурку».
— Тьфу ты, деревня. — Кинул гитару в кусты и вытащил сигарету. — Тебе это не дано. Эзотерические знания словами не передаются.
— Какие, какие?
— Музыка — сила! И больше никто ничего добавить не сможет. Даже Шопен это понимал, от чего и умер. Остальное знать тебе не нужно. Всё, через десять минут обед. — Прикурил и кинул взгляд на небольшую книжечку, притаившуюся на груди оператора АРСН. — Впрочем нет, я совсем забыл, у нас же ещё урок философии!
— О господи, — тихо пробормотал Григорий и положил руки на произведение, лежащее у него на груди, как бы пряча его подальше от глаз.
— Ну? — вопросил командир. — Ты прочёл книгу?
— Я же сказал уже — да, — угрюмо ответил оператор.
— Я рад, я рад, — потёр руки Юра. — Мы скоро догоним потенциального противника по уровню политической подготовки!
Григорий протянул из гамака книгу с непонятным названием «Диалектика имманентного и трансцендентного». Сказал:
— Знаешь, Юра, если честно… Я прочёл книгу. Но у меня до сих пор болит голова и я ничего не понял. Забери её от меня, я смотреть на неё не могу — кружится всё внутри… Может она для моряков?
Командир взял книгу и испытывающе глянул на сержанта.
— Ты должен понимать такие вещи… Голова кружится даже тогда, когда первый раз из гранатомета по цели стреляешь… Сейчас идёт гонка военно-интеллектуального превосходства. — Помолчал, полистал книгу. — Про квинты и терции ты же, по моему, понял?
— Ну, что-то вроде… — уклончиво ответил сержант.
— Так ведь здесь о том же самом, только другим способом передачи — алфавитом.
— Наверное, я не готов к такому алфавиту…
— Ладно, попытаюсь объяснить основную мысль простыми словами. — Юра упал в гамак, который был привязан рядом, заложил руки за голову. И начал говорить:
— Слушай внимательно. Имманентный мир это всё то что тебя окружает, всё что происходит в твоей голове — твои мысли, желания и всё прочее. То, что ты можешь почувствовать, увидеть и представить, это он и есть имманентный мир. Ясно?
— Пока да.
