Когда император пребывал в Боснии, Синьория Венеции и рагузинцы отправили к нему торжественное посольство, чтобы путем переговоров уладить разногласия между ним и баном Стефаном. Это посольство, однако, не смогло ничего добиться, поскольку император хотел, чтобы бан выдал свою дочь Елизавету за его сына короля Уроша, дав за ней в приданое Хумское княжество, как принадлежащее этому императору по линии Немани и его братьев, которые были некогда правителями Хума и от которых упомянутый император вел свой род. Бан, имея на нее лучшие виды (как позднее и оказалось), наотрез отказался отдать ему не только Хумское княжество, но и одну свою дочь без последнего. Если бы он согласился отдать хотя бы одну свою дочь, был бы заключен мир, однако мира не последовало, и оба упомянутых государя непрестанно враждовали. Решив вернуться в Рашку, император Стефан, проходя через Хум, прибыл в Бишче (Bisze), обширное поле между Благаем и Мостаром, где его встретили послы из Рагузы, прибывшие просить его пожаловать в их город, который желал угостить и оказать почетный прием. Поначалу он какое-то время уклонялся от приглашения, но затем вынес его на свой совет, и все его ближайшие советники, а особенно которский нобиль Никола Бучич, его протовестиар и друг рагузинцев, посоветовали ему без опаски ехать, полностью доверяя упомянутому городу, приемом которого он останется весьма доволен. Тогда, отпустив войско, он со своей женой императрицей и тремя сотнями свиты, большую часть которой составляли магнаты и знать его королевства, через территорию Конавли прибыл в Старую Рагузу, откуда, сев на посланные за ним рагузинцами галеры под командованием Юния Соркочевича (Sorgo) и Ивана Менчетича (Menze), прибыл в Рагузу. Там он был принят с великим почетом и размещен во дворце ректора. Императрица и другие сопровождавшие его лица также были размещены в удобных палатах и гостиницах. Проведя там три дня в турнирах, балах и празднествах, он вместе с императрицей, магнатами и прочей знатью был щедро одарен подношениями в виде драгоценных одежд из шелка и паволоки. Затем на упомянутых галерах он был отвезен в свой город Котор, где ему также был оказан почетный прием. После этого из Котора через Зету он вернулся в Рашку. Приезд его в Рагузу состоялся в тысяча триста пятидесятом году. В следующем году он отправил упомянутого Николу Бучича, своего протовестиара, во Францию просить руки дочери тамошнего короля для своего сына Уроша. Француз ответил, что охотно согласился бы на это, если бы Стефан и его сын придерживались римского обряда. При этом посол Бучич, муж выдающейся доблести, украшенный всеми добродетелями, вызвал во время этого посольства такое расположение у французского короля, что получил от него в дар лилию, чтобы поместить ее в свой герб. Посему с тех пор род Бучичей имеет герб в виде лилии, расположенной над поперечной полосой, а прежде у них была тыква с пирогом (Anguria con una fogazza). Когда Бучич вернулся домой и изложил своему государю содержание своих переговоров с Французом, Стефан посмеялся над ответом французского короля и послал просить руки Елены, дочери влашского государя, которую сразу же получил. После этого он обратился к завоеванию земель Романии. О его доблестных походах и славных победах, одержанных в упомянутых и многих других краях, вкратце упоминает Лаоник Халкокондил (II): «В городе Скопье находился престол Стефана Неманича. Выступив оттуда в сопровождении доблестных и закаленных в войнах мужей, он с сильным войском напал на земли близ Костура и всеми ими овладел. Затем, поведя войско на Македонию, он покорил ее целиком, кроме Салоников, и достиг Савы. Доблестно сражаясь у Дуная, он захватил всю тамошнюю область. Поставив управлять своими владениями в Европе мужей, известных ему своей преданностью, он сделался весьма могуществен. Нападал он и на греков, чтобы разорять их владения: совершив набег со своей конницей на земли по соседству с Константинополем, он полностью их опустошил. Греки были этим весьма напуганы и опасались окончательной гибели, видя огромную опасность, которой подвергалась их империя из-за нерадивости и неспособности императора Андроника Старшего, погрязшего в беспутстве. Не имея сил для прямого противостояния на поле боя, все свои надежды на спасение они возложили на защиту стен своих городов. Направившись затем в Этолию, он прибавил к своим владениям город Янину (Ioannia, ouero Ioannina), который прежде именовался Кассиопа.