Например, однажды вскоре после моего нападения на злосчастного гея мы отмечали в «Робертсе» освобождение Билли Бэттса. Он только что откинулся после шести лет отсидки. Когда кто-то выходил на свободу, мы устраивали вечеринку. Еда. Выпивка. Шлюхи. Отлично проводили время. Билли был полноправным членом криминальной семьи. Работал на Джонни Готти с Фултон-стрит и входил в семью Гамбино. Мы все убрались в хлам. Джимми. Томми. Я. Билли особенно доставал Томми, которого знал ещё до отсидки. Томми было на момент той эпической пьянки всего лет двадцать, так что Билли помнил его сущим ребёнком. Билли начал над ним подшучивать. Спросил Томми, чистит ли тот всё ещё ботинки. Просто не очень-то умный прикол, но с Томми так шутить было нельзя. Он на это плохо реагировал. Один из братьев Томми крысятничал копам, и парень это очень остро переживал. Всегда старался показать, насколько он круче остальных. До чего он особенный. Он был единственным в нашей банде, кто пил «Краун Ройял». Этот канадский виски не поставляли в США уже давным-давно. Томми ввозил его нелегально. Парень был настолько крут, что нашёл для себя контрабандный алкоголь через тридцать лет после отмены сухого закона.
Я взглянул на Томми и понял, что подколки Билли его жутко бесят. Томми с ума сходил от злости, но не мог ничего с этим поделать или что-то сказать. Ведь Билли был членом серьёзной семьи. Ударь такого — и ты труп. Но всё равно я знал, что Томми в ярости. Мы выпивали и смеялись, и, когда я уже начал думать, что нас пронесло, Томми наклонился к нам с Джимми и прошептал: «Я пришью этого ублюдка». Я ответил шуткой, но понял, что он совершенно серьёзен.
Пару недель спустя Билли выпивал в «Сьюте». Время было позднее. Я мысленно молился, чтобы он поскорее ушёл домой, когда вдруг явился Томми. Всё решилось быстро. Томми отослал свою девушку и по-особенному глянул на нас с Джимми. Джимми тут же стал очень любезен с Билли Бэттсом. Угостил его выпивкой. Я видел, что он готовит Билли для Томми.
— Задержи его, пока я схожу за мешком… — шепнул мне Томми, и я понял, что он намерен пришить Билли прямо здесь, в моём ресторане. Он пошёл за «мешком для тела» — так мы называли пластиковый матрасный чехол, — чтобы Билли не залил кровью всё заведение, когда его грохнут. Через несколько минут Томми вернулся с мешком и револьвером тридцать восьмого калибра. Мне стало нехорошо.
К этому времени Джимми и Билли Бэттс сидели в углу бара около стены. Они выпивали, и Джимми рассказывал смешные истории. Билли блаженствовал. Время было позднее, и почти все разошлись по домам. В ресторане остался только Алекс Корчоне, сидевший за дальним столиком со своей девушкой. Бармен тоже ушёл. Джимми приобнял Билли за плечи, когда к ним подошёл Томми. Билли не обратил на это внимания. Да и с чего бы? Он был с друзьями. Среди других умников. Он и понятия не имел, что Томми хочет его убить.
Я стоял за стойкой бара, когда Томми вынул из кармана свой тридцать восьмой. Билли увидел его в руке Томми. Когда Билли начал понимать, что происходит, Джимми зажал рукой его шею. «Чисти сам грёбаные ботинки!» — крикнул Томми и врезал Билли пушкой по башке. Глаза Билли широко раскрылись. Томми ударил его снова. Джимми усилил захват. Заструилась кровь. Она казалась чёрной.
Алекс Корчоне сообразил, что происходит, и попытался подойти поближе. Джимми уставился на него. «Тоже хочешь?» — спросил он. Джимми был готов оставить Билли и наброситься на Алекса. Я встал между ними, приобнял Алекса за плечи и подтолкнул к дверям. «Убирайся отсюда, — сказал я очень тихо, чтобы Джимми не услышал. — У них разборка». Я отвёл Алекса с девушкой к выходу, и они ушли. Алекс состоял в другой банде, но Джимми и Томми были так перевозбуждены, что грохнули бы на месте и его, и девушку, попробуй те вмешаться. Я запер входную дверь, а когда вернулся, увидел тело Билли распростёртым на полу. Его голова была превращена в кровавое месиво. Томми раскрыл матрасный чехол. Джимми велел мне подогнать машину к чёрному входу ресторана.
У нас нарисовалась проблема. Билли Бэттс был неприкасаемым. Члена семьи нельзя убивать без разрешения боссов. Если Гамбино когда-нибудь узнают, что Томми грохнул Билли, мы все трупы. Скрыться будет невозможно. Они могли даже потребовать, чтобы Поли пришил нас лично. Томми совершил наихудшее преступление, и мы все понимали это. Тело Билли должно было исчезнуть. Мы не могли просто бросить его на улице. Это означало бы войну. А вот если парни Готти не найдут тела, они не будут уверены, кому предъявить обвинение.
Джимми сказал, что мы должны спрятать тело там, где его не найдут. За городом у него жил один приятель, державший псарню, где никто не станет искать. Мы сунули тело Билли в багажник автомобиля и поехали к Томми за лопатой. Его мать уже проснулась и уговорила нас зайти выпить кофе. Не хотела нас отпускать. Нам пришлось зайти и позавтракать — с трупом в машине, припаркованной у дома.
