— Я же сказал тебе, в ней что-то есть. Не говорил? Спроси её, какой у неё любимый фильм всех времён и народов.
Тим повернулся к Линде.
— Пит хочет знать, какой у тебя самый любимый фильм всех времён и народов.
— Придётся бросить жребий между «Крепким орешком» и «Гневом» с Дензелом Вашингтоном.
Тим повторил ответ, и Пит воскликнул:
— Счастливый ты сукин сын!
В комнате-прачечной Крайт нашёл вешалки для брюк, рубашки, пиджак спортивного покроя. Развесил одежду на ручки кухонных буфетов и полок.
В нижнем белье, носках и туфлях, закрыл жалюзи окон кухни. Не одобрял людей, которые показывались другим в неподобающем виде.
Он нашёл одёжную щётку с жёсткой щетиной и ещё одну, с мягкой. И особенно обрадовался, обнаружив губку для одежды.
Хозяева, похоже, относились к уходу за одеждой с тем же тщанием, что и к уборке дома.
Крайт даже подумал о том, чтобы перед уходом оставить им записку, во-первых, похвалить, во-вторых, дать ценный совет. На рынке появились нетоксичные, легко разлагающиеся средства для сухой чистки, которых он в доме не нашёл. Он точно знал, что средства эти хозяева оценят по достоинству.
Используя чуть увлажнённую губку только по необходимости, с помощью щёток он достаточно быстро привёл в порядок одежду.
Поскольку комната-прачечная была очень маленькой, он поставил гладильную доску на кухне. Паровой утюг в доме был высокого качества, универсальный, настраиваемый на любую материю.
Однажды он воспользовался таким утюгом, когда пытал одного молодого человека перед тем, как его убить. К сожалению, в результате первоклассный бытовой прибор пришёл в негодность.
Покончив с глажкой, Крайт отправился на поиски чёрного обувного крема, подходящей щётки и бархотки. Нашёл все необходимое в отдельной коробке в шкафчике под раковиной.
Вернув всё, чем пользовался, на положенные места, Крайт оделся и поднялся на второй этаж в поисках большого, в рост человека, зеркала. Нашёл его в большой спальне.
Собственная внешность ему понравилась. Его могли принять за учителя, за коммивояжёра, за кого угодно.
Зеркала интриговали его. В зеркале всё отражалось наоборот, и ему казалось, что в этом кроется какая-то загадка, но раскрыть её пока не удавалось.
Однажды он прочитал интервью с женщиной- писательницей, которая сказала, что из выдуманных персонажей более всего отождествляет себя с юной Алисой Льюиса Кэрролла. Заявила, что душой она — Алиса.
Поскольку многие её суждения вызывали у Крайта отвращение, как-то вечером он нанёс ей визит. Писательница оказалась женщиной миниатюрной. Он легко поднял её и бросил в большое зеркало, в надежде увидеть, как чудесным образом она пройдёт сквозь него и исчезнет в Стране чудес.
Но выяснилось, что она — не Алиса. Зеркало разлетелось вдребезги. Поскольку писательница не сумела пройти сквозь зеркало, Крайт провёл какое-то время, пропуская через неё осколки зеркала.
Только когда завибрировал мобильник, Крайт осознал, что простоял перед зеркалом больше минуты, а то и двух.
Из текстового сообщения следовало, что заказ будет доставлен к двум часам ночи.
То есть, по его часам, ждать оставалось один час и пятьдесят пять минут.
Он никуда не спешил. И расценил задержку как возможность поближе познакомиться с семьёй, которая, сама того не зная, предоставила ему кров.
Начал со шкафчиков в ванной, примыкающей к большой спальне. Узнал, что в чём-то его предпочтения совпадают с выбором этих людей: зубная паста, нейтрализатор кислотности, таблетки от головной боли...
А вот то, что ему не нравилось, отправлял в ближайшую корзинку для мусора.
В двух ящиках комода в спальне нашёл сексуальное женское белье. С интересом разворачивал каждый предмет, осматривал, складывал вновь.
Эта находка его не разочаровала. На что ординарные личности имели право, так это на ничем не сдерживаемое проявление сексуальности.
Крайт даже подумал о том, чтобы излить свою сексуальность на одни из наиболее соблазнительных трусиков, прежде чем вернуть их в ящик комода, но потом решил приберечь все для этой Пейкуэгг.
В дальнем конце коридора второго этажа находилась спальня дочери хозяев дома. Крайт быстро понял, что она — подросток.
Одежда девочки, убранство комнаты, коллекция компакт-дисков говорили о том, что она не бунтует, а во всём ладит с родителями.
Крайт не мог одобрить её полную подчинённость отцу и матери.
Хотя дети и раздражали его, он тем не менее понимал, что и они могут приносить пользу. Вражда между поколениями была одним из элементов, которые позволяли держать общество под контролем.
В прикроватной тумбочке, помимо прочего, лежал запертый на замок дневник в кожаном переплёте. Крайт сломал замок.
Девочку звали Эмили Пеллетрино. Писала она чётко и красиво.
Крайт прочитал несколько страниц, абзац здесь, абзац там, но не нашёл никаких откровений, которые стоило бы прятать под замок. Эмили находила родителей такими забавными, но любила и уважала их. Она не принимала наркотики. В четырнадцать лет, похоже, оставалась девственницей. Очень хотела получать в школе высокие оценки.
