– Кто ж вас, баб, да ещё ведьм, разберёт?
Выпроводив «оборотня в погонах», я немедленно набрала номер Дарины, она не ответила, а вечером перезвонила сама:
– Злата, привет! – Голос девушки, что бы там ни рассказывал Громов, звучал довольно бодро и от страха точно не дрожал. – Ты звонила, я только сейчас увидела.
– Привет, вот узнала, что тебя отпустили. Всё в порядке?
– Да, конечно, всё отлично!
Повисло неловкое молчание, я нарушила его первой:
– Точно? Мне сказали, ты была напугана.
– А, это? Пустяки, – просто дурной сон приснился. У меня всё хорошо.
– Отлично. Значит, помощь не нужна?
– Пока нет, спасибо! Извини, что тогда тебя побеспокоила. Не нужно было.
– Всё в порядке, звони, если что.
– О’кей, пока!
Мне не понравился странный энтузиазм в голосе Дарины, это как лихорадочный блеск в глазах человека, замышляющего нездоровую и опасную авантюру. Только кто я такая, чтобы вмешиваться? Каждый волен сам выбирать полосу препятствий и набор неприятностей.
Был ещё один человек, за которого я переживала, не решаясь вмешиваться, – моя новоиспечённая подруга Инга. Для неё смерть Светы и вся эта история с привидением закончилась нервным срывом, и Жаклин решила на время отправить дочь к отцу – в Германию. Расстроенной девочке и самой не терпелось уехать подальше. Она согласилась лететь в Мюнхен после дня рождения Богдана.
Следующая неделя прошла относительно спокойно. А потом началось…
Тот день не задался с самого утра: отключили воду, кофе не получился, клиентка устроила скандал, услышав, что на ней нет ни порчи, ни сглаза. А когда у моего подъезда остановился внедорожник Войнича и из него вышли Алан с… Громовым, я поняла, что всё это были цветочки, а ягодки – вот они, сейчас позвонят в дверь. И они позвонили, мимо не прошли, к сожалению.
– Привет! – Громов улыбался и здоровался, видимо, за двоих. Войнич, как всегда в моём присутствии, хмурый и недовольный, снизошёл лишь до милостивого кивка. – Впустишь двух классных парней?
Они оба были в официальных деловых костюмах и даже при галстуках. Словно сделку заключать приехали. Впрочем, Войнич так всегда одевался, а вот Громова в парадном штатском я видела впервые. Ох, не к добру всё это.
– Нет!
Теперь нахмурился и Громов.
– Почему?
– Предчувствие. Вы вместе и по мою душу. Ни к чему хорошему это не приведёт.
– Просто выслушай, – терпеливо предложил Алан. – Ты не обязана соглашаться.
– Тем более, считайте, что я уже отказалась. До свидания, мальчики, а лучше прощайте!
Я попыталась закрыть дверь, но Алан не дал, удержав её рукой.
– Пожалуйста, всего несколько минут, – непривычно тихо попросил он.
Я вздохнула и побрела на кухню, бросив через плечо:
– Разувайтесь. У меня прислуги нет, убираться некому.
Они переглянулись, но послушно и как-то неловко стянули туфли. Это напрягло. С чего вдруг такая покладистость? Видимо, назревает что-то очень неприятное. Во что они хотят меня втравить?
Я села за стол, указав им на диван напротив.
– Чай, кофе не предлагаю – нет ни воды, ни желания вас угощать.
– Почему так грубо? Ты даже не знаешь, что мы хотим предложить? – скривился Громов от моей нелюбезности.
– Зато я точно знаю, что мне ваше предложение не понравится. Интуиция. Ладно, начинайте интриговать, у вас… двадцать минут – по десять на каждого. Да, Войнич, и не кривись, ты в своё время дал мне всего пять.
– Хорошо. Начну, пожалуй, я. – Из принесённой папки Громов выложил на стол три снимка. – У нас ещё одно аналогичное убийство, и, похоже, это не конец. Подозреваемых нет – на последний случай у всех фигурантов железное алиби. От тебя требуется лишь небольшая помощь следствию.
– Какая именно? Посмотреть воспоминания последней жертвы?
То, как они переглянулись, мне совсем не понравилось.
– Да, конечно. – Громов сверкнул традиционно фальшивой белозубой улыбкой и положил поверх снимков пакетик с прядью светлых волос. – На данном этапе об убийце по-прежнему ничего не известно, и совершенно непонятно, как он выбирает жертв. То есть ясно, что по внешним признакам, но вот где он их находит? Девушки жили в разных районах города, принадлежали к разным социальным кругам: официантка, служащая банка и студентка МГУ. У них нет общих знакомых, нет никаких точек соприкосновения! Словом, следствие зашло в тупик.
– С тобой всё ясно, а ты что здесь делаешь? – Я перевела взгляд на Войнича.
– Заинтересован в расследовании, – неопределённо буркнул он.
Ладно, сделаю вид, что поверила. Мне не терпелось от них избавиться.
– Хорошо, я войду в транс. Засекайте время…
Увы, ничего нового я не увидела, если за девушкой и следили – она об этом не подозревала. Слава богу, они догадались «разбудить» меня раньше установленного срока – до того, как в сердце вонзилось лезвие.
– Так что извините, мальчики, на данном этапе я больше ничем помочь не могу, – устало подытожила я, окончив доклад. – Поэтому, если вопросов больше нет, давайте прощаться, у меня ещё дела.
Они снова загадочно переглянулись, явно не собираясь уходить.
– Прекращайте играть в гляделки! – не выдержала я. – Что вам ещё нужно?
