– Насколько я понял, – сказал Туссан с «Клюва Скирит» и довольно странно захихикал, – остальная часть встречи прошла не так успешно.
Новый крик – на этот раз долгий и полный страдания. Миас поморщилась, а Джорон ощутил боль в ноге.
– Все прошло настолько успешно, насколько можно было ожидать, – сказала Миас. – Я сумела выиграть для нас время, других целей я не ставила, хотя рассчитывала, что вы сумеете преодолеть большее расстояние.
– Ну, – заговорил Бакин, невысокий мужчина, командовавший одним из двух кораблей из коричневых костей, на котором перевозили мирных жителей, – это моя вина, супруга корабля. Я делал все, что в моих силах, но мой корабль, «Держащий волну», совсем не быстрый, к тому же мы потеряли часть такелажа, что существенно задержало всех. Я предложил им оставить меня, но они отказались.
Миас улыбнулась, подошла к мужчине, который выглядел совершенно несчастным, и взяла его за руку.
– Мы никого не бросаем, Бакин, и не виним из-за несчастий, которые могут случиться в море. Мы действуем вместе.
– Спасибо, мать кораблей, – сказал он.
– Что теперь? – спросил Колт.
– Нам предстоит принять трудное решение, – ответила Миас и коротко улыбнулась, показав зубы. – Брекир, ты возьмешь «Оскаленный зуб», наш самый быстрый корабль, и отправишься в пролив Намвен. Расскажешь Тендарн Эйлин, что мы сделали как она просила: привели корабли Ста островов, и она может выступить всем своим флотом и раздавить их. Ну а мы постараемся не подпускать к себе флот Каррада. – Брекир кивнула, она не стала возражать – все знали, что ее двухреберный корабль самый быстрый в их черном флоте.
– И как нам продержаться до прибытия флота Суровых островов, мать кораблей? – спросила Турримор. – Для любого, кто способен читать карту, очевидно, что они нас догонят. Они имеют численное преимущество, а нам придется остаться, чтобы защитить коричневые корабли. Они просто нас перестреляют.
– Значит, мы должны помешать им подойти на такую дистанцию, с которой они смогут нас достать, – ответила Миас.
Снизу донесся новый крик.
– Ну и как мы это сделаем? – спросила Турримор, в голосе которой, как всегда, прозвучала агрессия.
Она неизменно ставила под сомнение слова и приказы командования. Сначала Джорона это беспокоило, но потом он начал ценить ее прямоту и по улыбке на лице Миас видел, что его супруга корабля относится к ней так же.
– При помощи жертвы, если таковая потребуется, Турримор, вот как. – Высокая супруга корабля кивнула, словно ожидала и желала услышать именно такой ответ. – Когда они приблизятся, нам нужно будет послать вперед несколько боевых кораблей, чтобы их отвлечь.
– Но наши корабли долго не продержатся, – сказал Чивер.
И снова внизу раздался крик.
– Верно, так и будет, – спокойно согласилась с ним Миас. – Так что первым в атаку пойдет «Дитя приливов», я не стану просить никого из вас…
– Нет, Миас, – возразил Колт, – «Дитя приливов» не поведет атаку. Хочешь ты того или нет, но ты мать кораблей нашего флота. – Она бросила на него суровый взгляд.
– И как мать кораблей я должна возглавить атаку, а вам следует выполнять мои приказы.
– Не стану спорить, обычно так всегда и делается. – Колт оглядел собравшихся супруг корабля. – Но ты сама сказала, что теперь у нас новые законы. И тот, кто повернет обратно, умрет. Ты не понимаешь, чем стали ты и твой корабль для всех остальных. Большинство из них никогда тебя не видели и не служили под твоей командой. Они знают тебя только по рассказам: ведьма Пролива Килхъюм, величайшая супруга корабля из всех, когда-либо живших, та, что ушла. «Дитя приливов». Так они думают о тебе, для большинства ты больше, чем человек. А у тех из нас, кто знаком с тобой лучше, быть может, временами появляются похожие мысли. – Он усмехнулся и еще раз оглядел нижнюю палубу. Супруги кораблей ему кивали или тихо говорили «да». – Джорон вел нас за собой с единственной целью: вернуть тебя, Миас, – даже в те моменты, когда это казалось совершенно безнадежным. И вот ты здесь. Вернулась из мертвых, верят многие из нас.
– Никто не возвращается из мертвых, – возразила Миас.
– И мы все это знаем, – сказал Колт. – Мы сражались за мечту и готовы за нее умереть, мы с самого начала приняли такое решение. Но если ты бросишься вперед и погибнешь в первый же день, все будет потеряно – их вера в тебя, мечта. – Он шагнул вперед, и его жесткий голос воина смягчился. – Они больше не видят в тебе женщину, Миас, теперь ты больше, чем просто человек, и ты должна жить, если рассчитываешь, что твой флот выдержит новое сражение с нашими врагами.
– Я всего лишь супруга корабля, – тихо сказала она.
– Нет, – возразила Брекир. – Колт прав, Миас. Я знаю, что ты это ненавидишь, но такова правда. Твоя жизнь важнее всего остального.
Они услышали новый крик – казалось, он дал выход разочарованию Миас, оказавшейся в ловушке легенды, созданной ею самой. Крик был долгим и протяжным, и по спине Джорона пробежала дрожь.
– Давайте перейдем в мою каюту, – предложила Миас и повела их за собой.
