– Они согласятся, – сказала Миас, шагнула вперед и заговорила так тихо, что ее услышали только Брекир и Джорон – Но, если они откажутся, прошу тебя во имя Девы, Брекир, не возвращайся. Надеюсь, ты понимаешь, что я говорю это не для того, чтобы тебя наказать. Мы с тобой служим супругами корабля этого флота дольше всех и верим в одно и то же будущее, и я хочу, чтобы хотя бы одна из нас уцелела.
Брекир кивнула.
– Бесполезный совет, – сказала она, и на ее лице появилась редкая улыбка. – Я приведу к тебе Тендарн, даже если мне придется тащить ее на плечах. Тебе нет нужды тревожиться. – Она наклонилась к Миас: – Пусть другие несут бремя ответственности, Миас, ты слишком многое пережила, больше, чем все остальные, за исключением твоего хранителя палубы. Подожди, прежде чем бросаться в новое сражение, в котором враг имеет огромное численное преимущество и где тебе придется показывать новые чудеса стойкости.
Миас фыркнула, но быстро стала серьезной.
– Я учту твой совет, добрая Брекир. А теперь тебе пора – чем быстрее ты вернешься, тем скорее я перестану тревожиться из-за флота Суровых островов.
– Я полечу на самой высокой скорости, на которую способен «Оскаленный зуб», у меня есть два хороших ветрогона, мы зовем их Клак и Крак из-за шума, который они производят. Говорящим-с-ветром нравятся их имена, и они охотно нам помогают. – Она перекинула одну ногу через поручни и остановилась. – И я должна добавить слова, которые стали обычными для нас после того, как Джорон отправился тебя искать: используйте лишенных ветра!
– Для чего? – спросила Миас, и Джорону показалось, что в ее голосе появилась тревога, – Миас опасалась, что Брекир дает ей новый повод для беспокойства.
– Из них получаются отличные члены команды. – Брекир рассмеялась. – Кому такое могло бы прийти в голову? Они не боятся высоты и виртуозно вяжут узлы. Многие из них служат довольно давно, и все ими довольны.
– И у них хорошие отношения с детьми палубы? – спросила Миас, и на лице Брекир вновь появилась такая редкая улыбка.
– Мать кораблей, они дети палубы. – И с этими словами Брекир перебралась во флюк-лодку и направилась к своему кораблю – ей предстояло отчаянное путешествие.
Джорон видел, что на ее корабле уже готовятся к старту, очевидно, хитрая Брекир предвидела поручение, которое она получит, еще до того, как Миас открыла рот.
Миас осталась стоять у поручней, глядя на флот черных кораблей, окружавших два судна из коричневых костей, на которых перевозили мирных жителей.
– Ты знал про ветрогонов, ставших детьми палубы, Джорон? – спросила она.
– Нет, супруга корабля, – ответил он.
– Ну, теперь можешь это компенсировать, взяв часть лишенных ветра на борт, – нельзя допустить, чтобы у матери кораблей не было того, что есть у других.
– Конечно, супруга корабля, – сказал Джорон.
Она продолжал стоять у поручней.
– Ты знаешь, Джорон, – продолжала Миас, глядя на приходивший в движение лес мачт своего флота, – с того самого момента, как я ступила на палубу костяного корабля, я мечтала стать матерью кораблей, командовать флотилиями и направлять их в сражения.
– И теперь твоя мечта сбылась, – сказал он.
– Да, – ответила она едва слышно, словно налетел легкий бриз. – Теперь мечта сбылась. Если бы ты сказал, что моим флотом будут черные корабли, я бы тебя возненавидела. Но никогда прежде я не испытывала такой гордости. – Она выдохнула, белое облачко повисло в воздухе, и Джорон подумал, что пора выдать команде зимнюю одежду. Миас повернулась к нему: – Нет группы людей, которых я бы меньше хотела подвергнуть опасности, чем команды этих черных кораблей. Только сейчас я поняла, что лишь плохая мать кораблей
– Тем не менее я должна так поступить. Супруги корабля, с которыми я сегодня встречалась… возможно, многих из них я видела в последний раз перед тем, когда все мы соберемся у костра Старухи. Теперь наши разговоры будут проходить при помощи сигнальных флажков или посланий, доставленных флюк-лодками. – Она вздохнула. – Нам с тобой приходится решать, тебе и мне, какие из благородных душ умрут за нас первыми. Тяжкий выбор, – продолжала она, – составлять список и оценивать жизнь каждого.
– Дай мне корабль, – начал Джорон. – и я…
