– Это не вороны, Лерочка, – задумчиво сказал папа, который любил точность во всем и знал множество совершенно неожиданных вещей, – это черные вороны. Редкая и умная птица, и очень хорошо приручается. Не думаю, что они от кого-то сбежали…
Хугин благосклонно посмотрел на отца и долбанул кусок колбасы так, что подпрыгнул подоконник.
– Ну и пусть вороны, все равно это чудо, – легко согласилась мама, стоя на цыпочках, чтобы не спугнуть неожиданных гостей, – Они, наверное, и разговаривать умеют, я слышала, вороны как попугаи легко обучаются повторять разные слова и даже фразы…
Борис напрягся. Дело принимало опасный оборот.
– Дружок, – нежно обратилась к Хугину мама, – скажи что-нибудь…Карр!
Варвара в ужасе замер, потому что в этот момент Хугин, забыв про колбасу, холодно зыркнул на неё черным сердитым глазом и уже было раскрыл свой чудовищный клюв, чтобы ответить. Мунин, напротив, с любопытством наклонил голову на бок и как-то по-особому ухмыльнулся, продолжая при этом крепко держать сыр. Сейчас нас разоблачат, обреченно мелькнуло в голове у Бориса, но тут Хугин взял себя в руки, осуждающе посмотрел на Гермеса и ничего не сказал. Он только хрипло и отрывисто каркнул, изображая рядового представителя пернатых, и продолжил ожесточенно долбить колбасу.
– Ой, какие симпатичные и умные вороны, – тем временем продолжала умиляться мама, – Это хороший, Коленька, знак! Я знаю, что вороны к счастью, особенно такие ручные и черные… Это символ мудрости и удачи, тем более перед отъездом. Вот как тебе повезло, теперь у тебя обязательно все сложится отлично в твоей Сирии…
Папа скептически покачал головой, потом все же признался:
– Да, действительно редкий случай… Ты, Серж, прямо счастливчик какой-то. Мы сколько здесь живем – не то, что воронов, воробьев прикормить не сумели…
– А пусть они у нас тоже поживут, пока вы в командировке, – выпалил Борис, у которого разом могло решиться две проблемы – БП (Большого Приключения) и отношения с животными.
– Тоже поживут? – хмыкнул отец, – Ну-ну, «тоже»… Вот, Серега, таково оно – новое поколение. Наш сердобольный отпрыск совсем не видит разницы между двоюродным дядей, который с ним поживет некоторое время и парой не знакомых ему птиц.
– Ну, я не то хотел сказать, – смущенно поправился Борис, которого привычка отца цепляться к словам, выражениям и интонации иногда попросту бесила (правда отец говорил, что это профессиональная привычка, и каждое слово надо употреблять уместно), – Я имел в виду, если захотят, пусть они к нам иногда прилетают? Колбасы вон сколько осталось, может они и хлеб едят…
Мама хотела возразить, но тут оба ворона с треском расправили крылья и разом взлетели, мгновенно скрываясь в утренней городской дымке.
– Вот и улетели наши счастливые вороны… – грустно сказала мама, и пошла накрывать завтрак, а отец отправился в ванную комнату заканчивать туалет, – Мальчики – завтрак через 15 минут, не опаздывайте!
Гермес, мгновенно вышел из транса, в котором он пребывал все это время, подмигнул Борису одним глазом и тот понял, что день предстоит интересный. Борис в ответ состроил таинственное лицо, показал пальцы колечком, дескать – все под контролем, и пошел на кухню оценивать размеры остатков вчерашнего застолья, а особенно колбасы. В подъезде угощения ждал его любимый питомец, о долге перед которым Борис никогда не забывал…
Дело в том, что Варвара очень любил животных. Не каких-то конкретных, а любых – кошек, собак, воронов и даже игуан, одну из которых он встретил в зоомагазине и безуспешно просил родителей подарить ему на день рождения. Игуану он навещал целых полгода. Она неподвижно сидела на здоровенной суковатой ветке в большом аквариуме, а иногда смотрела на Бориса, прислонившегося к стеклу, пристальным, немигающим взором. Игуана по имени Завр (так было написано на этикетке) похожа была одновременно на дракона, только без крыльев и на динозавра (наверное, поэтому так и назвали). Кожа игуаны была радужная, изумрудно-бирюзово-оранжевая. Зато была она очень удачного размера – с небольшую собачку, правда вытянутая, как такса, с длиннющим хвостом, короткими когтистыми лапами и острым гребнем вдоль всей спины. Родители просьбу об игуане проигнорировали, и вскоре она пропала из магазина вместе с веткой и аквариумом, наверное, ее купили какому-нибудь счастливому мальчику.
Но надежды Борис не терял. Время от времени он настойчиво уговоривал родителей насчет бесприютной Зинки, но пока безуспешно.
– Боренька, – ненавязчиво переводила тему в рациональную плоскость мама, явно сговорившись с отцом, – Вот ты подумай хорошенько, как взрослый мальчик, она ведь умрет у нас с голоду, мы постоянно в командировках, ты полдня в школе… А на кого мы ее в отпуске оставим? Пусть Зинкой все понемногу занимаются, ей от этого только лучше, а мы, когда переезжать станем, купим ей корма большой мешок про запас, оставим бабе Нюре, а потом, когда закончится еще привезем…
