Дядя Рик печально наблюдал, как кроличье семейство вскидывает свои скромные пожитки на спину и направляется к выходу из переулка. Из заплечных мешков торчали зеленые хвостики морковки. За ними семенили шесть юных ежиков вместе со стайкой бельчат из приюта «Пушистый хвост». Хорек-подросток нес новорожденного кротенка. Церковные мыши, заведовавшие сиротским приютом, шныряли вокруг детенышей, следя за тем, чтобы те не разбредались на пути в изгнание из Вывихнутого переулка.
– Разве ты не видишь, что происходит? – окликнул дядя Рик черепаху. – Все уходят. Они думают, что Безблохие их выгонят.
– Семьсот семь сезонов прошли, – ответила черепаха, даже не высунув головы из панциря. – Чего ты от меня тут хочешь?
– Дайте нам помочь Киту! – выкрикнула Эйни. – Если мы отыщем Кость Согласия, то сможем доказать, что это место принадлежит нам.
В тени панциря сверкнули черепашьи глаза.
– Уговор есть уговор. Если Кит найдет Кость сам, то мы посмотрим, что можно сделать насчет Безблохих. Если не найдет… что ж…
Рик взглянул на дикобраза внизу. Тот снова и снова топорщил и прижимал иглы, проверяя их остроту. Рик содрогнулся и бросил взгляд на дверь, надеясь, что Кит вернется, и одновременно боясь, что, даже если тот вернется, черепаха все равно станет их пытать – просто назло. Он бы не пробыл так долго боссом Бешеных Шельм, проигрывая споры с юными енотами.
Сизый Нед, по-прежнему расстроенный из-за столика в пекарне Анселя, уселся на рычаг передач и следил за Эйни и Риком, словно ястреб… ну или скорее как обиженный сердитый голубь.
– Спорим, теперь ты жалеешь, что согнал меня с места, а, Рик? – насмехался он над енотом.
– Я тут такая беспомощная! – Эйни потрясла прутья клетки. – Будь здесь Кит, он бы нас вызволил.
Рик покачал головой:
– Я бы тоже мог нас вызволить, юная леди. Любой енот, достойный полосок на своем хвосте, способен вскрыть замок, но что толку? Не думаю, что кто-то из нас в силах справиться со сворой шелудивых псов, дикобразом-убийцей и удавом.
Бэзил тихо посапывал, свернувшись в углу, но ухмыльнулся, чтобы показать, что слышал, что они говорят о нем.
– Ты забыл голубя, – добавил Сизый Нед. – Вам бы пришлось драться еще и со мной.
– Это бы труда не составило, – заметил Рик, впиваясь взглядом в птицу.
– Ты, негодяй конченый, брехун помоечный! – взъерошил перья голубь. – Мне не надо дожидаться Кита. Парень не вернется! А теперь я покажу тебе, что бывает, когда связываешься с этим конкретным голубем.
Нед снялся с ручки передач, взлетел на верхушку клетки и принялся клевать Рику уши сквозь прутья.
– Ай, перестань! – закричал Рик. – Слезь с меня!
Он размахивал лапами, но Нед перепархивал с места на место и клевался, тряся клетку и сбивая Рика с ног.
– Прекратить там, наверху! – высунул голову из панциря босс. – Черепаха не может думать в таком гаме.
– Он меня дразнит, – заявил Сизый Нед. – Он должен научиться уважать такую птицу, как я.
– Уважение надо заслужить, – сказала старая черепаха. – А такая птица, как ты, ни у кого его не заслужила.
Нед дернул крыльями, но промолчал. Голубю, препирающемуся с боссом-черепахой, подрежут крылья быстрее, чем комар поджарится на электромухобойке.
– Мы подождем, пока малыш вернется или пока солнце взойдет и спор окажется проигран, – продолжала черепаха. – До тех пор Рик и его подруга-крыса наши гости. А мы не клюем наших гостей.
– Думаешь, парень вернется, чтобы отдать Кость, босс? – спросил Бэзил.
Черепаха пожала плечами.
– Нет, не думаю, что он вернется, чтобы отдать Кость. – Босс посмотрел на Рика и улыбнулся. – Не думаю, что он вообще вернется. Даже если он отыщет искомое, Гейл не позволит такому лакомому кусочку уйти из коллектора живым.
Ровно в этот момент дверь с пугающим грохотом распахнулась.
– Ошибаешься, черепаха! – объявил Кит.
Небо только начало наливаться утренним светом, и шерсть его в дверном проеме приобрела красноватый оттенок. Собаки окружили его, втягивая носами запах сточных труб, приставший к мокрой шерсти.
– Гейл – очень рассудительная рептилия. – Он поднял вверх Кость. – И я выиграл.
– Как… как ты от нее ушел? – пролепетал Шин.
– Мы заключили сделку, – ответил Кит.
– Какого рода сделку? – подозрительно прищурился босс.
– Это касается меня и Гейл, – сказал Кит. – А теперь отпусти моих друзей.
Черепаха кивнула.
– Отлично сыграно, Кит, правда отлично! – Босс сделал знак Шину и Флинну. – Выпустите их.
– Но, босс! – хором возразили братья.
– Сделка есть сделка, – ответила черепаха. – Мы, Шельмы, свои долги платим.
Кит сверлил сердитым взглядом Шина и Флинна, пока те выпускали Эйни, Мартина и дядю Рика из клеток.
– И кепочку, пожалуйста.
Флинн заворчал, но вытащил кепку из бардачка и швырнул ее Киту.
Дядя Рик коснулся лапой подписи Азбана на Кости, которую держал Кит.
– Ты и вправду ее нашел, – прошептал он, глаза его наполнились изумлением. – Родители гордились бы тобой.
Кит улыбнулся.
– Мы можем показать это Безблохим, – сказал Мартин. – Мы можем показать им, что имеем право жить здесь вечно.
– Ну, это не наше дело, – сказал Кит. – Сделка есть сделка.
Он бросил Кость на песок перед черепахой.
