— Ха! Вы не видели меня вчера? Вам повезло, Галина Анатольевна.
— Вам тоже немного повезло. Иначе мы не сидели бы с вами сейчас в этом кабинете.
— Да, — кивнула Борисихина. — Я запросто могла сейчас лежать в холодном помещении под простынкой. Это я знаю.
Заканчивалось десятое марта. В городе уже было темно, зажглись фонари, включили свет в кабинетах отделения милиции. Все валились с ног от усталости. Работа проделана громадная, а кроме игриво-невнятных показаний Борисихиной, ничего добавить к уже установленному не удалось. Было, правда, много других сведений, но они никак не были между собой связаны. Число версий не уменьшалось. Продолжались допросы Жигунова, Борисихина. Безуспешно пытался вспомнить что-нибудь существенное кавказец. Однако основная работа была направлена на установление личности «пятого».
Когда Борисихина сказала, что видела его в центре города несколько месяцев назад, были срочно составлены списки всех, кем занималась милиция. Борисихиной пришлось посмотреть не один десяток фотографий, взятых из паспортного отдела. Несколько раз на ее лице мелькало нечто вроде узнавания, которое тут же сменялось неуверенностью, и наконец она отодвигала снимок:
— Нет, не он.
В помощь к ней подключились работники уголовного розыска, инспекции по делам несовершеннолетних, участковые. Шел уже первый час ночи одиннадцатого марта, а результатов не было. В кабинете Белоусова продолжали прикидывать варианты, пытались найти точки соприкосновения в протоколах допросов, уточняли словесный портрет «пятого»...
И вдруг в Викторе Алексеевиче что-то неуловимо изменилось. Начальник милиции продолжал говорить вроде те же слова, его тон был таким же усталым, как и минуту назад, но все заметили, что он словно бы сосредоточился.
— Высокий, говорите? — Виктор Алексеевич провел пальцем по пышным подкрученным усам. — В центре города, говорите, видели? Молоденький и с усиками? Не то слишком жидковатыми, не то просто ни разу не бритыми? И не знает, что Дергачев уже два месяца живет в другом месте?
Белоусов резко вскочил, что было удивительно для его несколько тяжеловатой фигуры, и быстро вышел из кабинета. В коридоре прогрохотали и стихли его шаги. Борисихина, сидевшая тут же, нервно передернула плечами, попросила закурить. Затянулась глубоко, до предела втянув дым в легкие. Все молчали, понимая, что где-то рядом в эти секунды решается нечто важное. Снова послышались быстрые шаги Белоусова. Хлопнула дверь приемной, распахнулась дверь в кабинет. Ни на кого не глядя, Белоусов подошел к Борисихиной и с маху, как это делают азартные игроки в домино, положил перед ней снимок:
— Он?
Борисихина опасливо взглянула на фотографию, осторожно, ноготком чуть повернула ее, придвинула к себе и словно бы встретилась глазами со смуглым парнем, который тяжелым взглядом смотрел на нее с фотографии из-под густых, сдвинутых к переносице бровей. Ожидание становилось все напряженнее. Наконец Борисихина подняла глаза, посмотрела на Белоусова, нависшего над ней тяжелой глыбой, и молча кивнула.
— Точно он?
— Похоже, он.
— Проверим!
Белоусов приказал вызвать в кабинет сержанта, у которого накануне неизвестный спрашивал адрес Дергачева. На этот раз опознание провели по всем правилам, понимая, что следствию нужны безукоризненные доказательства. На столе разложили несколько снимков и среди них портрет парня с тяжелым взглядом.
— Сержант! Подойдите к столу. Взгляните на эти снимки. Нет ли среди них знакомого вам человека?
Сержант медленно приблизился к столу, окинул взглядом снимки, и лицо его расплылось в улыбке.
— Неужели удача, Виктор Алексеевич?
— Отвечайте на вопрос!
— Вот этот парень. Вторая справа фотография. Он приходил ко мне позавчера утром и спрашивал, как найти Дергачева, — отчеканил сержант фразу, которую можно было сразу вписывать в протокол.
— Отлично! Пусть войдет Борисихин. Так... Товарищ Борисихин, посмотрите внимательно на эти снимки. Не знаете ли вы кого-нибудь?
— Этого человека я видел в доме Жигунова, когда приходил за женой.
— Вы не ошибаетесь?
— Нет, я хорошо его запомнил.
— Прекрасно! Давайте сюда Жигунова-младшего.
— Я видел его в доме отца накануне пожара! — твердо сказал Жигунов и для верности прижал фотографию пальцем к столу.
— Благодарю вас! — Белоусов сиял. — Оформляем опознание и начинаем розыск. Теперь знаем, кого искать. Нефедов Юрий Сергеевич. 1964 года рождения. Образование среднее. Родители живут в нашем городе. В центре, между прочим, недалеко от рынка. Потапов! — крикнул Белоусов, увидев в дверях инспектора уголовного розыска. — Входи. Поздравляю! Сбылись самые смелые твои предсказания. Нефедова ищем.
— Неужели он?!
— Четыре человека в один голос утверждают, что именно он был пятым в доме Жигунова. То-то след у забора сорок четвертого размера. А?
— Да, у него примерно такая нога... Я ему многое предсказывал, — проговорил Потапов, — но такое... Если это сделал Нефедов, то он превзошел самого себя.
— Ты знаешь его лучше всех в городе. Он мог пойти на такое?
— Он может пойти на многое... если ему наступить на мозоль самолюбия.