Не услышала, скорее знала — этот мерзкий седовласый старик улыбался. До чего же противный и жуткий тип! Но, кажется, он что-то сказал о «лекарстве», которое принимает король.
Подняла взгляд на Дэрана, вопросительно приподняв бровь. Бастард его величества отрицательно мотнул головой. Он был удивлён не меньше моего.
— Его величество — болен? — а вот это уже было странно.
Если некий Зойден в сговоре с верховным, данный вопрос был бы неуместным, но он, хоть и хрипло, но прозвучал крайне правдиво. Мужчина не знал.
Смех Луция мерзким скрипучим эхом отозвался в ушах, заставляя поморщиться.
— Можно и так сказать, но не беспокойтесь, дорогой посол Алукарда, здоровье короля полностью под моим контролем, — честно, я не специально, но глаза сами закатились к потолку, это ж надо, какая двусмысленная фраза!
— Это не может не радовать, Ваша Светлость. Но вы, кажется, что-то говорили про юного принца Габриэля. Например, то, что он согласен жениться на Эфирии. Однако, на сегодняшнем балу Хэран Пятый был очень удивлён, услышав от меня извинения его невесты, сокрушающейся о своей невозможности посетить чудесное мероприятие. К тому же, эта девочка, что вьётся рядом с ним…
Твою же мышь!
Интересную вы игру ведёте, господин верховный, неплохая многоходовочка. Но, что-то подсказывает, что эта информация — ещё не все, о чем подслушала юная маркиза. Все же, наличие у Рана невесты сильно удивляло, ведь не просто так Елизару попросили стать именно фиктивной. Братья и не подозревали, что рука и сердце принца уже были обещаны наследнице Алукарда. А может, как раз все было наоборот? И Хэран Пятый просто отличный актёр, сыгравший убедительную роль удивленного мужчины, которому сообщили, что он должен на ком-то жениться.
Мельком глянула на Дэра, но он, поймав мой взгляд, отрывисто мотнул головой. Настолько доверял брату или же …
— Что вы, Зойден, это не более чем временная увлеченность, так, одна из фавориток. Не беспокойтесь, девушка не помешает нашим планам, вскоре все забудут о её существовании.
— И принц? — взволнованный голос посла Алукарда треском раздался из шара.
— О, особенно принц, — нотки кровожадности с легкостью угадывались, словно он и не пытался их скрывать. — Мои люди позаботятся об… — голос Луция резко оборвался, раздалось какое-то шуршание, торопливые шаги, а затем женский вскрик, от которого сфера едва не выпала из моих рук, — попалась!
Запись оборвалась.
— Это… это все? — обхватив сферу пальцами, попыталась найти хоть какую-нибудь кнопку, запускающую чертов иностранный диктофон.
Тщетно. От нахлынувшего потока злости, захватившего сознания, захотелось взвыть. Тряска треклятого шара тоже не увенчалась успехом — он молчал, даже и не думая издавать хоть какие-то звуки.
— Не стоит, Лиза, он пуст. Записей больше нет, взгляни, — Дэр указал на сферу, нервно сжимаемую моими пальцами, — она больше не светится, потухла.
Действительно, внутри шара больше не бегали фиолетовые искры, нервно бьющиеся о края. Ничего, пустота.
Вопросов меньше не становилось, как и ответов на них. Неужели именно из-за этой записи на Елизару обрушилась лавина лжи, порочащей девушку? Слишком просто, чтобы быть правдой. Ведь, держа в своих руках всю власть королевства, Луций мог просто приказать казнить девчонку. В крайнем случае, нанять убийцу, отчего же он решил пойти более сложным путём?
— Не понимаю, зачем тогда…
Чёрная желейная масса, что великодушно впустила нас в эту комнату, вдруг подозрительно забурлила. Огромные пузыри грозили лопнуть в любую секунду, расползаясь по всему пространству, медленно захватывая незакрытую нами дверь.
Инстинкт самосохранения капитулировал, уступая место излишнему любопытству, заставившему замереть, зачарованно наблюдая за бурлящей жижей, начинающей расползаться за рамки двери.
— Идиотка! Не стой столбом!
Крик Дэрана слышится отчего-то приглушённым, будто через толщу воды. А в следующую секунду меня и вовсе ослепляет вспышкой, заставляя зажмуриться. Глаза слезятся от резкой боли, руку, которую я потянула к лицу, чтобы закрыться от яркого света, перехватываются на лету. Кто-то… наверное, Дэр, тянет меня в сторону. Полёт был недолгим, головой упираюсь в чью-то нервно вздымающуюся грудь.
— Нас нашли, — хриплый шёпот опаляет жаром ухо, его сердце нервно колотится, ощущаю это даже сквозь кожаную куртку. — Молчи и ничего не говори, поняла? — вновь шёпот. Не дождавшись ответа, уже более нервно: — кивни!
Киваю.
Ничего другого не остаётся.
Секунды казались вечностью, словно часы, ещё недавно бегущие неумолимо быстро, вдруг замедлились. Время остановилось, заставляя нервно сглотнуть ком, появившийся в горле.
Это… конец?
Все? Моя история закончится, так и не получив развязку? Все, что мы пережили, что совершили ради дурацкой правды… неужели было зря? Да и нужна ли была кому-то эта правда. Ведь даже дядюшка Бернисон не сильно рвался спасать свою племянницу, отчего-то слепо доверив непростое дело чужой душе, по случайности оказавшуюся в теле Елизары.
