— Не нужно, — прервала жаркую речь, замечая, как за все время серо-зелёные глаза не поднялись выше уровня кровати. Боится смотреть мне в глаза? — Как придут анализы я выпишусь, в отделении, наверное, столько дел накопилось.
Я не спешила вспоминать ту злополучную ночь в его доме, пьяные аморальные обещания. За последние недели мои воспоминания переполнились, практически стерев плохое из памяти. Практически, но не до конца.
— Лиза, я…
— Как я оказалась здесь? Медсестра сказала, что меня доставили с переохлаждением и я не приходила в себя. Пульс был слабый, а нюхательная соль не помогала и я впала в кому, — снова прервала, не дав и начать его речь.
— Женщина, ты хоть и в больничной койке, но так и не даёшь мне раскрыть рта! — не выдержав, Макар резко вскочил на ноги, от чего стул едва не опрокинутся, опасливо пошатнувшись. Сложив руки на одеяле, благоразумно промолчала. — В больницу тебя я привёз, да и из реки вытащил тоже я. Как только залез в эту ледяную воду в миг протрезвев. Ты знаешь, Лиз, я так виноват перед тобой…
Да, Прохоров и признающий свою вину? Ну, дела-а!
Не выдержав моего взгляда, он заходил из стороны в сторону в небольшой больничной палате, заложив руки за спину.
— Осознал? — спросила спокойно, не желая как-то уколоть, хоть это и было нормой нашего общения, но в Макаре действительно что-то изменилось.
Будто та ночь его изменила.
— Что я мудак? — хмыкнула, услышав точное описание. Увидев улыбку, Прохоров запустил руку в свои волосы, растрепав их. — Только то, что я гораздо хуже. Так что ты в праве на меня заявить и отправить на нары, если хочешь.
— Ага, так уж твой отец мне это и позволил, — глаза сами закатились к потолку.
— Он не будет вмешиваться, — задержавшись у окна, Макар полуобернулся. Его взгляд заскользил по одеялу, укрывающему мои ноги, перешёл на катетер, переливающий раствор с капельницы. Не выдержав, ударил кулаком по подоконнику.
Надо же, действительно чувствует свою вину. Что же изменилось за эти две недели? Хоть Макар и выглядел как прежде — загорелым красавчиком, пленяющий девчонок хорошеньким личиком, вот только внутри. Внезапно я заметила лёгкую фиолетовую ауру вокруг мужчины. Моргнув, потёрла глаза пальцами.
— Спасибо.
— Не понял… За что? Ты все ещё себя плохо чувствуешь? Может, позвать медсестру? — быстрым шагом он подошёл к кровати, осторожно коснулся тыльной стороной ладони мое лба, осторожно отодвигая пряди волос в сторону.
Отодвинула его руку своей, шумно выдохнув.
— Я в порядке. А спасибо… за то что не оставил кормить рыбок на дне реки. А теперь, будь так любезен, покинь палату, хочу отдохнуть.
Отшатнувшись, Макар кивнул. Лишь у выхода он бросил взгляд через плечо, задержавшись на секунду. Дверь за ним тихо закрылась, а я смогла остаться один на один со своими мыслями. Неужели все случившиеся было больным воображением воспалённого мозга, после купания в ледяной воде?
Если так… то это сон был слишком реальным, что бы быть выдумкой. Перевернулась на бок, закрывая вдруг потяжелевшие веки. Получается, Арон был не более, чем моей фантазией. Прикусила до боли нижнюю губу, стараясь сдержать внезапно нахлынувшие чувства. Лишь спустя время почувствовав, как намокла подушка под щекой от непрошенных слёз.
Спустя пол года.
Начало осени выдалось достаточно тёплым. Редкий легкий ветерок приятно обдувал, и все бы ничего, если бы не дурацкие волосы, которые я решила отращивать. Сдула упавшую на лицо прядь.
Остановившись посреди аллеи парка глубоко вдохнула. Осенний воздух незначительно отличался от летнего, но все же обладал своим особенным пряным ароматом.
После больницы Макар более мне не попадался на глаза, да и с отдела перевёлся. Ухмыльнулась, вспомнив дорогую бутылку коньяка, оставленную вместо той трёхзвездочной янтарной жижи. Единственное, что заставляло меня злиться — это так и не закрытое дело с убийствами. Начальство решило, что кома могла повлиять на мой разум и передала дела другому следаку.
И если врать другим у меня выходило почти отлично, то вот себе удавалось с трудом. Все чаще мне мерещились разноцветные дымки вокруг людей. Стоило потереть пальцами глаза, как аура исчезала, оставляя после себя смятение. Врачи разводили руками, утверждая, что глаза полностью здоровы, никаких повреждений не обнаружено.
Оглянулась по сторонам. Так странно, обычно эта аллея была многолюдной, сейчас же рядом не было ни единой души. Запахнув полы длинного кардигана, зябко поежилась. И вовсе не от холода. Дурацкое ощущение слежки не отпускало. Повела лопатками, мотаясь сбить навязчивое ощущение. Дежавю неожиданным воспоминанием всплыло в памяти: нечто подобное я испытывала, когда за мной по пятам летал по академии телепорт-следилка господина Жарона.
Тёплые воспоминания об академии немного сгорели, но я тут же постаралась отмести их в сторону. Всего лишь сон, выдумка сознания.
