– Нет, спасибо. У меня есть вся необходимая помощь.
Я не видела на кухне никого, кроме нас, но поверила ей на слово.
Кухня мисс Би представляла собой открытое пространство, плавно переходящее в столовую и гостиную. Свет сюда впускали два огромных окна с жалюзи, обрамленные тонкими занавесками – последние были убраны, открывая вид на сливовое дерево снаружи. На обеденном столе лежали стопки газет, толстые папки и россыпь канцелярских принадлежностей. В углу гудел громадный холодильник, увешанный магнитами с поговорками и присказками, вроде: «Любое время – Тринидадское время»[34] и «В любом заплесневелом хлебе есть вонючий сыр».
Стену и приставной столик в гостиной украшали оформленные в рамки фотографии и газетные статьи об Эйдене: начиная от местных музыкальных фестивалей и заканчивая недавней церемонией вручения наград «Грэмми». Я подошла рассмотреть их.
– Мой звездный ученик, – кинула через плечо мисс Би.
– Он здорово преуспел, правда? – Я поставила прямее одну из рамок. От успеха Эйдена захватывало дух. С другой стороны, я всегда считала его потрясающим, просто мир осознал это чуть позже меня.
– Правда, – с улыбкой в голосе отозвалась мисс Би. – И неудивительно. С самого первого дня, как только мама привела его ко мне, я увидела его безумную любовь к музыке. А я всегда говорю: сколько бы ты ни трудился, сколько бы ни практиковался, если не любишь всем сердцем то, чем занимаешься, то никогда не достигнешь успеха. Без любви тебя всегда будет что-то сдерживать и не давать раскрыться до конца.
Я пересекла гостиную. Противоположную стену покрывали красочные плакаты и схемы с основами музыкальной теории. Особенно мне понравился мультяшный скрипичный ключ, объясняющий длительность нот в стихотворной форме. В углу стояли фортепиано, стальной барабан, несколько гитар и духовые инструменты. Здесь Эйден учился играть. Здесь все и началось.
– Он счастливчик. – Я подошла к барабану и провела пальцами по его краю. На внутренней стороне краской были выведены буквами ноты. Наверху приютилась пара барабанных палочек. – Любит то, в чем хорош. И имеет возможность заниматься любимым делом.
– За которое к тому же платят, – добавила мисс Би.
– И это тоже. – Я взяла барабанные палочки, взвесила их в руках. Они тяжелее, чем я ожидала.
– Всегда знала, что он рожден для больших свершений. – Мисс Би перемещалась от холодильника к плите, туда и обратно. – Его лишь надо было слегка направить.
– Снова хвалитесь профессиональным мастерством? – Эйден вошел через заднюю дверь с чесноком, сельдереем, чадон бени[35] в одной руке и ножницами в другой. Улыбка на его лице расширилась, когда он увидел меня.
– Доброе утро.
– Доброе. – Мой голос был таким же робким, как и ответная улыбка.
Мисс Би уперлась руками в бока, сжав кулаки, чтобы не запачкать платье мукой.
– А почему бы мне и не похвалиться? – спросила она у Эйдена. – Один из моих учеников – международная суперзвезда. Уж я-то постаралась, чтобы об этом знали все от Краун-Пойнта до Шарлоттсвилля.
– И за это я тобой очень горжусь. – Эйден чмокнул ее в щеку и отпрыгнул, когда она замахнулась на него. После чего положил зелень на стойку.
Мисс Би уставилась на принесенное.
– Ты у меня в огороде хоть что-нибудь оставил?
– Много принес? – поморщился Эйден.
Мисс Би вздохнула.
Пока эта парочка продолжала препираться, я дурачилась с барабаном. По написанным нотам не сразу, но вскоре нетвердой рукой стала выбивать Mary Had a Little Lamb.
– Ты тоже музыкант, Рейна? – спросила мисс Би.
Эйден бросил на нее странный, полный замешательства взгляд.
– Она играет на фортепиано, – ответил он и вернулся к нарезанию зелени. Он делал это точными и быстрыми движениями. Его руки – пленившие меня еще до того, как я осознала свои чувства к нему, – так же искусно обращались с ножом, как и с музыкальными инструментами. Эйден сосредоточенно свел брови, закусив нижнюю губу. Вскинув взгляд и увидев, что я таращусь на него, он снова улыбнулся.
– Не хочешь сыграть нам что-нибудь на фортепиано, Рейна? – поинтересовалась мисс Би.
– Не особо. Пожалуйста, не просите меня об этом. Я ужасно играю.
– Уверена, ты преувеличиваешь.
– Ничуть, – пробормотал Эйден. И когда мисс Би наградила его гневным взглядом, добавил: – Ну просто фортепиано – не ее инструмент.
– А барабан? Хочешь попробовать?
– Конечно, – рассмеялась я. – Почему бы и нет. Мне нравится мысль, что в моей плохой игре виновато фортепиано.
Эйден оторвался от нарезки:
– Давай так далеко не заходить.
– Есть один способ узнать это, – заметила мисс Би. – Но для начала ты должна научиться правильно держать палочки.
Она продемонстрировала, как это сделать, на деревянной ложке. Я попыталась повторить за ней, но мисс Би осталась недовольна.
– Эйден, у меня руки в муке, покажи ей.
– Нет, я не… – начала я, но никто не обратил внимания на мои бормотания.
Эйден положил нож, вытер руки о кухонное полотенце и подошел ко мне. Я напряглась, превратившись в сплошной комок нервов.
Нужно успокоиться. Расслабиться.
