Этот ответ Ида знала и без подсказок. У ее слабости было имя — то самое слово, так и не произнесенное вслух. Оно не прозвучало вчера ночью между ними не потому, что Ида не стала задавать вопросов, а потому, что там, в крошечном катере, отделенном стеной бури от остального мира, они оба его уже знали.
Делало ли это их слабыми?..
Ида с силой зажмурила глаза, словно боясь их открыть, и на выдохе произнесла его, одно слово. Только губами, еще не доверяя собственному голосу, но уже точно его зная.
Люблю…
— Нам ничего не удалось узнать. Благородная госпожа Сирил Грасс отказывается отвечать на какие-либо наши вопросы.
— Я уже подписала указ, лишающий ее всех дворянских званий и привилегий, а также исключающий ее из состава императорской семьи. Она больше не «благородная» и даже не «госпожа». Это просто преступница, обвиняемая в покушении на наследницу престола! И вы добьетесь от нее правды в независимости от средств, которые вам придется для этого применить. Мой приказ ясен, капитан?
— Да, Ваше императорское высочество. Мы сделаем так, как вы прикажете.
Десантник, коротко прикоснулся пальцами к груди, отдавая честь, и скрылся за дверью в камеру, еще вчера вечером переоборудованную в допросную для новых, особо важных, задержанных. Ида постояла мгновение в холодном и слабо освещенном далеко уходящем в обе стороны коридоре, потом глубоко вздохнула и, не позволяя себе начать сомневаться, тоже потянула ручку двери на себя. Чьи-то пальцы легли на ее плечо, вынуждая остановиться и обернуться. Перед дочерью императора стояла ее придворная дама.
— Зачем, Ида? Ты не обязана туда идти! — Осару покачала головой, выражая свое неодобрение. — Они прекрасно справятся и без тебя — в конце концов, это их работа — а ты потом просто прочтешь результаты допроса.
Ида посмотрела на нее. Она очень надеялась, что Силия все поймет по ее взгляду, и ей не придется объяснять, но придворная дама все так же крепко сжимала ее предплечье. Ида потянула руку на себя, высвобождаясь.
— Я только что приказала пытать Сирил Грасс. Я буду смотреть на то, что эти люди сделают, или я больше никогда не отдам подобного приказа, — она открыла дверь и, зная, что Силия за ней не пойдет, закрыла ее за собой.
В комнате, небольшой, без окон и почти пустой, кроме самой Грасс находились еще трое десантников: тот с нашивками капитана, с которым разговаривала Ида, и два его помощника. Все они приказ дочери императора уже знали и не собирались медлить. Когда Ида в прошлый раз заглядывала в допросную, Сирил Грасс со связанными за спиной руками сидела на стуле в центе комнаты. Теперь, когда время простых разговоров закончилось, ей без церемоний стащили со стула и бросили на пол. Еще вчера, как только приказ об изгнании женщины из императорской семьи был подписан, у нее отобрали всю ее одежду цвета азрака, вместо нее выдав уродливый балахон грязно-серого цвета. Длинные седые до белизны волосы женщины, всегда аккуратно уложенные, теперь свалялись на затылке неопрятным колтуном. Ее руки по-прежнему были стянуты за спиной, но теперь еще один из десантников завязывал ей глаза темной повязкой.
На самом деле все это было совсем необязательным: и одежду можно было дать Грасс вполне нормальную, и смотреть ей было особо не на что, и для того, что с ней сейчас собирались сделать, ее вполне можно было оставить сидеть на стуле. Но по одному тому, как судорожно подергивалась по-старчески худая шея, уже было ясно: десантники, отвечавшие во флоте Хотина за «особые методы дознания» свое дело знали! Очень часто преступников ломают не сами пытки и не боль, а еще только страх. А что может пугать сильнее, чем оказаться абсолютно беспомощной (на полу со связанными руками) и даже не знающей, что с тобой собираются делать (слепота).
Именно об этом старалась думать Ида, наблюдая за методичными приготовлениями капитана, — искать логику, будто она всего лишь читает учебник. Так было проще. Другой вопрос: может ли она позволить, чтобы ей было проще?
Ида сделала два шага вперед, подойдя почти вплотную к женщине.
— Я задаю вам все тот же вопрос, Грасс, — произнесла она. — Назовите имена ваших сообщников — ваших с Оуэном Вейдом.
Женщина дернулась — содрогнулась всем телом. И одному из десантников пришлось схватить ее за плечи, навалившись всем телом, чтобы не дать перекатиться к ногам Иды. Связанные за спиной руки и мужчина, удерживавший ее на месте, не позволяли Сирил Грасс повернуться, и ей пришлось вывернуть шею, чтобы поднять лицо к Иде — жест, остающийся у людей неизменным, даже когда они не могут ничего видеть.
— Ваше императорское высочество? Это вы? Вы здесь?..
Ида подавила желание отступить на шаг назад.
— Почему вы не отвечаете на вопросы, Грасс? Все, что нам нужно знать, это имена ваших с Вейдом сообщников.
