С высоты, откуда смотрела Ида, казалось, что над воротами нависло плотное серо-черное облако. Оно клубилось, то поднимаясь чуть выше, то вновь падая вниз, то сжимаясь, то опять выстреливая в стороны длинными языками щупалец. Вот только состояло оно не из песка или пыли. Это были демоны! От ворот по ним стреляли. Десантники ни на мгновение не прекращали огонь. Ярко-белое пламя излучателей фонтанами взлетало вверх. Но, похоже, лишь для того, чтобы мгновение спустя рассыпаться потерявшими свою губительную силу брызгами позади облака из кишащих черных тел. Демоны вновь танцевали на Грани между мирами, то уходя за нее, чтобы пропустить сквозь себя выстрелы, то вновь возвращаясь, чтобы еще на метр, на полметра, приблизиться к воротам. И оставалось только восхищаться упорством людей, наверняка видящих, что все их усилия не приносят результата, но продолжающих этот бой.
Ида чуть сжала коленями бока своего демона, указывая ему цель. На что бы ни надеялись защитники ворот, не сдавая оборону, теперь помощь уже близко! Чудовище рванулось вперед, обдав всадницу волной горячего воздуха, поднятой мощными крыльями. Поводыри заняли позиции, готовые вступить в бой, но право первого удара сегодня принадлежит дочери императора!
С приближением стая демонов перестала походить на сплошное черное облако. Теперь Ида уже могла разглядеть каждую из составляющих его тварей. А еще отсюда, с расстояния всего в сотню метров, она уже без труда различала те моменты, когда чудовища ныряли в Загрань. К сожалению, демоны делали это не одновременно, а каждый сам по себе уворачиваясь от выстрелов. Но с другой стороны, дочь императора и поводыри предвидели нечто подобное, и их план вполне учитывал такое развитие событий. Они сделают все так же, как и планировали изначально, пусть и займет это у них чуть больше времени.
Демон Иды сделал круг над воротами, позволяя ей рассмотреть всю картину боя. Пока на нее никто внимания не обращал, и это дочь императора более чем устраивало. Сулим, когда они торопливо обсуждали план предстоящей атаки, предложил выделить несколько поводырей с их демонами ей для охраны, но Ида отказалась. А это значило, что теперь ей нужно действовать осторожно. Или рассчитывать лишь на собственные силы. Наверное, разумнее было бы держаться подальше от ворот, где-нибудь над крышами замка. Теоретически ее способность контролировать открытие Заграни распространялась так далеко, как Ида могла видеть. Но девушка не слишком доверяла своей новой силе и не могла рисковать.
Или наоборот, собиралась рискнуть, подлетев к демонам ближе?..
Ида не слишком весело усмехнулась и запретила себе дальше думать об этом: какое название не подбери, она в любом случае делает именно то, что собиралась.
Демон под дочерью императора начал немного нервничать, почувствовав приближение своих то ли сородичей, то ли противников, и Ида наконец позволила ему остановиться, зависнув примерно метрах в тридцати над воротами. Весь ее полет занял не больше пары минут, но за это время стая чудовищ успела еще снизиться. Теперь десантники стреляли по ним практически в упор — Ида видела всплески яркого пламени сквозь мельтешение черных тел — и все равно редкий выстрел попадал в цель. Демоны двигались стремительно, их тела дрожали на самой Грани, то становясь почти прозрачными, словно клубы пепла, когда отступали за нее, то вновь обретая четкость очертаний, возвращаясь. Ида подумала о том, что поводыри, видящие Загрань, вряд ли были способны так четко различать, что именно творили чудовища. А для людей, лишенных дара, демоны и вовсе должны были казаться сплошным туманно-дымным облаком. И только ей рдин в ее крови позволял видеть правду. И именно этим она и собиралась воспользоваться.
Очереди выстрелов, безостановочно разрывавшие воздух, казались почти оглушительными. Раскаленный ветер бросал в лицо удушающие запахи сожженной каменной пыли и свежей крови. Ида глубоко вздохнула, заставляя себя не чувствовать. Демоны рвались вниз, к воротам, но она должна перестать их замечать. От поднимавшегося едкого дыма щипало глаза, но она не могла позволить себе их закрыть — она должна видеть. Вокруг нее мир может сходить с ума в схватке, но следующее мгновение будет принадлежать только ей. Как и синее-синее небо. Небо этого мира — того, что она видит… Ида заставила себя смотреть только на него. Небо. И воля поводыря. И больше не существует ничего.
