Следуя за тенью полностью

Кайрен оттащил оглушенного гвардейца в угол фургона, погасил валявшийся на полу фонарик и вернулся к двери. Им вновь не пришлось ждать долго: между створками мелькнула фигура еще одного человека. Этот гвардеец не стал светить внутрь, а просто запрыгнул в фургон. Кайрен, оказавшийся за его спиной, не собирался упускать такой возможности. Он согнутой в локте рукой обхватил шею человека, с силой притягивая к себе. Солдат забился, пытаясь вырваться, но поводырь левой рукой обхватил свое запястье, прибавляя силы захвату.

В фургоне по-прежнему царил полумрак, но даже слабого света, приникавшего сквозь приоткрытые дверцы, было достаточно, чтобы Ида увидела, как выкатились, страшно раскрывшись, глаза человека, как налилось кровью, стремительно багровея, его лицо. Солдат хрипел, пытаясь вдохнуть ставший вдруг недоступным воздух, его пальцы впились в руку Кайрена. Если бы не толстая куртка, он расцарапал бы ему предплечье. Но даже это вряд ли бы ему помогло. Поводырь продолжал давить на его горло, сжимая все сильнее. Ида поймала себя на мысли: она никогда раньше не думала, что задушить человека — это так долго. Она смотрела, как убивали человека, и думала о технике этого убийства! Девушка почувствовала, что ей становится плохо, голова закружилась, словно ее мозг отказывался воспринимать всерьез то, что она видела: это не живой человек, это не убийство, это не по-настоящему, это не с ней!.. Но она уже знала, что это правда. И продолжала смотреть, не отворачиваясь. Просто она была поводырем — одним из тех, кто призывает чудовищ, чтобы те сражались и убивали людей для них. А еще она была дочерью императора — дочерью своего отца — того, кто вряд ли помнил каждый подписанный им смертный приговор или хотя бы общее их количество. Нет, она еще никого не убила собственными руками, но было ли это так важно?..

Рука солдата вдруг дернулась вниз. У него на поясе также висел «хорк», а Кайрен даже не замечал этого! Впрочем, даже если бы и увидел, ничего не смог сделать: опустить хотя бы одну руку значило позволить гвардейцу вырваться. Ида бросилась вперед раньше, чем успела решить, что именно она собирается сделать. Она схватилась за рукоять излучателя и дернула ее к себе, на долю секунды опередив солдата. Тот, словно только «хорк» еще был тем, за что цеплялась его воля, сразу же обмяк в руках Кайрена. Поводырь оттолкнул его от себя, позволив телу грузно рухнуть на пол между собой и Идой. Борьба и для него не прошла бесследно. Он потер сведенные судорогой мышцы предплечья и только после этого стал возиться с застежкой плаща. Ида осталась стоять над ними.

— Он мертв? — голова человека запрокинулась так, что девушка не могла видеть его лица. Кайрен накинул себе на плечи серый плащ, закрепил на запястье браслет и только после этого поднялся.

— Пульс есть: если найдут вовремя, сумеют откачать, — он еще раз поглядел на солдата. — Хотя для нас лучше, чтобы его не обнаружили подольше, — Кайрен вновь наклонился, подхватил гвардейца под плечи и отволок к стене фургона, не без труда втиснув в проход между ящиками, потом вновь вернулся к Иде. — Оставишь себе или мне отдашь?

Девушка не сразу поняла смысл вопроса. Потом заметила излучатель, который выхватила у солдата и все еще держала в руке. Когда-то ее учили стрелять. Не из «хорка», конечно, — из более легкой, «дворянской» модели. Но, по крайней мере, она знала, как взвести излучатель, и куда нажать, чтобы он выстрелил. А если расстояние будет не слишком большим, то она, наверное, даже попадет. Ида покачала головой и опустила «хорк» в карман плаща. Хотя сделала она это отнюдь не потому, что умеет им пользоваться. Просто отдать излучатель Кайрену было бы слишком большим лицемерием.

— Я слишком далеко зашла, чтобы еще пытаться оставаться в стороне.

Кайрен только кивнул, ничего не ответив и ни о чем больше не спросив. Он вновь осторожно приоткрыл дверцу фургона, но на этот раз не стал ждать, пока она привлечет еще чье-нибудь внимание, а сам выглянул наружу. Очевидно, никакой опасности мужчина не заметил, потому что секунду спустя спрыгнул с подножки на землю и поманил Иду за собой. Они захлопнули дверцу, отбежали на несколько метров от фургона и только тогда остановились, словно и не приехали несколько минут назад вместе с поездом, а уже давно были здесь.

Кары стояли посреди просторной площади. Располагалась она, очевидно, ниже уровня океанского дна, потому что никаких окон, сквозь которые можно было бы увидеть толщу воды, здесь не было — только серый пластик, превращающий не маленькую, в общем-то, залу в давящую коробку. В целом площадь мало чем отличалась от остальных уровней альфа-шахты, которые успела увидеть Ида, если бы не люди, ее заполнявшие — солдаты в серых форменных плащах! Девушка невольно поправила складки собственного, точно такого же. Если они с Кайреном не выдадут себя сами, никто не опознает в них чужаков!