А при мысли, о чем я думала в свою собственную первую ночь... точнее, о ком... Сразу захлестывает смесь ужаса и чего-то еще — недозволенного, терзающего и безумно желанного. Снова и снова обрываю запретные мысли.
Придирчиво рассматриваю отражение. Вроде бы ничто и не изменилось. Только вот не для моего личного Стража, наверное.
Если можно было бы отмотать назад! Нет, конечно, я бы никуда из Йована не поехала даже с Дарсалем. Разве что силой увез бы. Но, кажется, такая перспектива не слишком и пугает. Наоборот — в голове какие-то картины... То и дело заставляю себя не думать о них, а сосредоточиться на предстоящем. Боюсь, не слишком помогает. Острое ощущение потери засело глубоко внутри и никак не отпускает.
— Госпожа Пенелия, — появляется в дверях почему-то Альбер. Наверное, он сегодня дежурит на входе.
— А где Дарсаль? — стараюсь не показать испуга.
Вроде же был у себя? А вдруг он откажется от меня? Что же я делать стану?! Разум может хоть сотню раз убеждать, насколько это было бы к лучшему, но сердце кричит, что оно просто не выдержит. Пусть не обладать, но еще и не видеть?!
— У императора! — взволнованная Пени отвечает на вопрос, стремительно врываясь в гостиную, вызывая новый приступ ужаса: неужели император узнал?!
— Почему?!
— Ленни с Ангой болтали, вроде его наказать хотят... за Кэти.
— За Кэти? За... — начинаю, заливаюсь краской, потому как мысли все в контексте брачной ночи. Не уверена, что хочу знать. Почему Кэти? И кто такая Ленни? А, наверное, соседка Пени по фертону. Подружки, твою бестию!
— Девочки сплетничают, вроде она тебе проболталась, а его накажут. Что...
Боже! До меня вдруг доходит!
— Где?!
— Какой-то специальный зал для разбирательств.
Провожу невидящим взглядом по Пени, срываюсь с места, даже не успеваю заметить, идет ли за мной кто из охраны. И только где-то на лестницах осознаю, что так и бросилась в брюках да во весь дух. То-то лица у вельмож.
В попытках вспомнить, куда идти, притормаживаю. Оглядываюсь. Альбер за мной, и в глазах что-то такое... Вроде тот же белый свет, но почему-то кажется теплым.
— Веди! — приказываю. Альбер понимающе кивает и тут же быстрым, немного скользящим шагом направляется в одно из крыльев дворца.
А я напоминаю себе, что сама же просила императора не выяснять отношения на людях. И все слова, которые хотелось бы высказать жениху... то есть мужу, поберите его бесы, приходится загнать обратно. За свою поганую Шарассу будет мне на Дарсале отыгрываться!
Похоже, я скоро смогу ощущать присутствие императорской ауры даже без Ивена. Что-то отдается в омаа. Ну и наличие змея тоже сигнал, конечно. Входят в зал разбирательств — все начало моей карьеры здесь прошло, да вот не думал, что когда-нибудь снова вернусь. На мгновение захлестывает воспоминание о ментальщиках. Но сейчас их нет. Мы с командиром, еще кто-то с императорской меткой, и сам Иллариандр со своим Стражем.
Раньше я не стремился запоминать лишние ауры, а теперь прорехи вызывают глухое раздражение. Стараюсь незаметно просканировать.
— Видимо, рано я тебя простил, Дарсаль. Большое предательство зачастую начинается с малого умалчивания. Кому как не тебе знать, а, Дарсаль?
Это не было опасным умалчиванием! Но возражать императору бесполезно. Коль уж он решил.
— Я защищал покой императрицы.
— Ты думал, что защищаешь его. А думать бывает вредно, Дарсаль. Ты разве не уяснил это до сих пор?
Кому вредно, тот пусть и не думает!
— Иногда приходится, повелитель, — отвечаю. Императору не по нраву мой тон.
— Ты на что это намекаешь, Дарсаль?! — поднимается. И где он намек увидел? Впрочем, я действительно не ощущаю себя таким покладистым, как должен бы. Хочется высказать... много всего. Странно. Собираю омаа.
— Ни на что, мой повелитель, — опускаюсь на колено. — Простите меня.
Повелитель молчит. Приближение синей ауры неожиданно, а эмоции, которые ее ведут, и вовсе едва не вышибают контроль. Обида, ревность. Легкие красные прожилки. Страсть?
У двери притормаживает, словно сомневается. Эмоции вдруг разом опадают, будто в руки себя взяла, еще и омаа уплотнила. Хотя аура по-прежнему спокойна. Хороший самоконтроль, поживет в этом серпентарии — еще лучше станет.
Лийт молчит, мимолетно кажется, командир чем-то недоволен. Но не понять. Повелитель тоже молчит — наверное, Ивен ментально сообщил о приходе невесты... жены. Сжимаю кулаки. Видимо, подняться для меня — непозволительная роскошь. Может, уйдет? Зачем ей столь срочно император понадобился?
За дверью еще придворные. Изумление, волнение. Что не так?
Альбер сопровождает, все в пределах допустимого.
Резкий отпечаток движения, император встает навстречу отворившейся двери. Синяя аура опаляет на миг глаза. Прикрываю их, утихомириваю себя. Я всего лишь Страж. Охранник. Скоро и сама, наверное, научится требовать повиновения и извинения за проступки.
