— Ага! — Ноэлия вскакивает, проходится по комнате. Аура вспыхивает, настораживая Слепых по периметру. Прикрываю глаза, слежу — не знаю, чего ждать. — Значит, это можно выяснить!
Нужно бы предостеречь, но язык не поворачивается. Я слишком долго этого хотел. И не могу спокойно пройти мимо любой возможности. Ну, почти.
Синяя аура еще какое-то время горит, переливается, после снова возвращается к привычному состоянию. Девушка садится обратно в кресло.
— Шри может иметь доступ к архивам судейской гильдии, — произношу.
— И что?
— Там могли остаться протоколы суда.
— Твоего отца судили? — удивляется. Представляю, какое у нее мнение о наших законах и порядках. — Судья ездил с вами?
— Квестор всегда сопровождает отряд. Занимается юридическими вопросами. Насколько я знаю, он вел процесс, поддерживая через ментальщиков связь с главой судейской гильдии, на тот момент это был судья Гаран.
— Ты его знаешь? Разговаривал с ним? — снова странное возбуждение, быстро пресекаемое изнутри.
— Пытался добиться аудиенции... когда попал в столицу. Но меня и близко не подпустили.
— Что с ним случилось?
— Стар был. Сердце, — жму плечами. Вроде бы. Вслух не добавляю, но от Лии снова исходят волны недоверия. Ну, доказательств все равно нет.
— А квестор, который ездил?
— Не знаю, что с ним случилось. Запретили выяснять.
— И ты не пытался?
— Когда тебя каждый день прочесывает ментальщик, не попытаешься, — отвечаю мрачно. Аура Ноэлии вспыхивает удивлением. Ты же не думала, что меня разок проверили, и все?
— Что еще знаешь? — спрашивает.
— Ничего. Мне пришлось выбирать между прошлым и будущим. Я выбрал служение императору.
Все равно другого выхода не было.
Последние слова остужают, заставляют вздрогнуть. Почему все время хочется забыть, что передо мной человек, которого с детства программировали быть преданным императору? Вопреки семье, вопреки всему!
— Ты отрекся от них? — вырывается быстрее, чем успеваю сдержаться. Дарсаль вспыхивает на миг, как-то целиком, словно омаа отовсюду вырывается. Потом горящими остаются лишь глаза:
— От меня этого не требовали. Только не копаться в прошлом. Верить, что так было нужно. Что решение императора Андрилиара справедливо.
Боюсь спросить, верит ли. Боюсь услышать очередное подтверждение его безоговорочной верности императору. Всем императорам.
А еще вспоминаю незнакомку с запиской. Там речь шла о приезде предыдущего повелителя Айо, и я решила, конечно, что имеется в виду свадьба. Ведь императоры редко когда приезжают второй раз — в случае каких-нибудь непредвиденностей. Вроде необходимости повторной женитьбы. Или вот прилета инопланетного корабля. Только не помню никакой пышной процессии. Хотя, может, просто маленькой была, не отложилось. Мадам Джанс говорила, много женщин понесло.
Но Дарсалю решаю об этом не напоминать. Слишком уж ярко вспоминается, как он отобрал листок бумаги.
Аура Ноэлии вмиг меняется, становится холодной, даже отчужденной. Один из тех редких случаев, когда сложно соотнести, почему. Зря я, наверное, ей все рассказал. Долго молчит, успеваю представить, как возвращаюсь в свою комнату, как выхожу на общий сбор. И, по-моему, принимаю решение. Я здесь не останусь. Куда угодно, хоть на границы, лишь бы не очередное разочарование и унижение.
— А если была бы возможность? — спрашивает внезапно, пытаюсь сообразить, о чем. — Ты не стал бы ничего выяснять?
Да какое ей дело?
— Что вы хотите узнать, моя госпожа?
— Просто хочу понять. Я бы все на свете отдала, чтобы выяснить, где моя семья. Но у меня вообще никаких зацепок! А у тебя есть. И ты готов от них отказаться? От предложений Шарассы, от...
— Шарассе нельзя верить! — отвечаю резко.
Ноэлия странно вздрагивает, замолкает, даже будто вжимается в кресло. Омаа срывается с глаз и губ, вибрирует в голосе:
— Сделки с ней не принесут добра. А в одиночку мне не справиться. «Все на свете», Ноэлия, слишком громкие слова. За возможность узнать я отдал бы многое. Все, что есть у меня моего. Но не жизнь единственного друга. Не... мою императрицу.
Поднимаюсь, отхожу к окну, заставляя омаа уняться. Над Хадрамом разгорается день. верховные и император по-прежнему в подвалах. На всякий случай окидываю взглядом пространство. Стражи начинают настораживаться, ощущаю легкие прикосновения их энергий, пока вопросительные. Отвечаю привычным знаком «порядок». Пора заканчивать разговор.
От Ноэлии четкие порывы подняться, приблизиться. Но аура остается на месте.
Возвращаю себя в норму, заглядываю в свою старую комнату среди комнат прочих Стражей. Недолго мне тут оставаться, наверное.
Ноэлия все-таки поднимается, подходит. Прикасается к руке, вызывая еще один горячий всплеск. Но на этот раз держу эмоции в узде. И так слишком много открыл.
— Спасибо за доверие, Дарсаль, — произносит тихо, едва слышно. Желаю обернуться, но удерживаюсь на месте. Порывается что-то добавить, мысли ощутимо клубятся, сплетаются с невысказанными эмоциями, но так и не принимают окончательной формы.
