— Довольно! — обрываю любые попытки продолжить эксперименты.
— Довольно, — отступаю, переводя меч в завершающее движение. Ивен реагирует мгновенно, прекращает поединок. Если и хочет что-то сказать, то оставляет при себе. Лийт тоже не вмешивается. Как и никто другой.
Растворяю меч, разворачиваюсь, иду к стрельбищу. Там как раз новые мишени соорудили. А у меня все руки полны огня. Нужно сбросить заряд, прежде чем к Ноэлии притрагиваться.
— Я пойду к своему Стражу.
— Ты можешь позвать его сюда, — доносится вслед.
— Хочу прогуляться, — кажется, впервые открыто перечу императору. Но я сегодня сделала все, что он хотел. Имею право на собственные желания.
Почти слетаю по лестнице. Кто-то из Слепых следует за мной, но, ощутив раздражение, отстает. Переходит в незаметный режим.
Почти бегу на площадку, однако издалека вижу, что Дарсаля там уже нет. Редкие зрители поднялись со скамей, переговариваются. Несколько Слепых тренируются по парам, разбрасывая световые блики в сгустившихся сумерках.
Не обращаю внимания на красоту, которая еще недавно впечатляла, вызывала приливы восторга с примесью щекочущего нервы трепета.
На секунду замираю, пытаясь высмотреть Дарсаля или, может быть, связаться с ним. Почти сразу замечаю яркие вспышки с другой стороны тренировочного поля. Спешу туда быстрее, чем успеваю сформулировать собственные мотивы, останавливаюсь в нескольких метрах от высокой фигуры, в руках которой формируются огромные огненные сгустки и уносятся, безошибочно попадая, сжигая настолько, что даже пепла не остается. Лишь дымный след, который моментально развеивается.
Оборачивается, наконец. Двигаюсь к нему, ступает навстречу.
— Ты победил? — спрашивает так по-детски, не могу сдержать улыбку. Наверное. Победил.
На миг кажется, сейчас бросится мне на шею, но сдерживается, по ауре тревожная рябь страха. Не бойся, я все еще прикрываю ее.
Беру руку, снимаю коричневые пятна Дейра и красные следы от них. Прикрываю глаза, выискивая самые мельчайшие вкрапления темного налета, которые Страж вогнал глубже обычного. Синяя аура откликается, желает избавиться от чужеродной энергии, кропотливо выбираю и с удовольствием выжигаю своим омаа. Внимательно глядя, как следы тут же затягиваются, исчезают в ясном мощном свете.
Ощущаю заинтересованный взгляд Ивена. Дейр тоже следит за моими действиями.
Да пошли вы все!
Наконец-то успокаиваюсь. Сразу так тепло и уютно, жаль, что мы не дома, не могу прижаться к нему хоть ненадолго.
В животе что-то отдается, реагирует на эти мысли. Стараюсь поскорее переключиться и вспоминаю еще одно свое давнее желание.
— Дарсаль... научи меня защищаться. Пожалуйста.
— Вам это не пригодится, моя госпожа.
— Мне так будет спокойнее. Я всегда об этом мечтала, но у мадам Джанс даже вопросов таких задавать было нельзя.
Как я буду ее учить, все мои техники включают омаа? Но отказать не могу, а при мысли, что император другого инструктора предоставит, вообще готов на что угодно. Во время беременности наверняка запретят, но до того — почему бы не попробовать? Не вижу ничего предосудительного.
— Когда начнем? — улыбаюсь.
— Сейчас, — Лия заметно дрожит, похоже, легко оделась, а на улице осень. Правда, мне в моей жилетке все еще жарко, но это понятно.
Надеюсь, император не будет возражать. Все, что касается защиты императрицы, в компетенции ее личного Стража, и теоретически, если я решил обучить ее азам самозащиты, с этим никто спорить не должен. На том и останавливаюсь, ничего спрашивать не буду. Если повелителя что-то не устроит, уж он точно молчать не станет. За нами все Слепые наблюдают.
— Из меня не лучший учитель, — сообщаю с усмешкой. — Вам придется привыкнуть к нагрузкам.
— Замечательно, — соглашается.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАЯ
— Ты же понимаешь, Дарсаль, слишком частые наказания не способствуют улучшению твоей репутации.
Понимаю, конечно. Самого бесит. Хотя, мою репутацию вряд ли что уже улучшит. Едва сдерживаюсь, чтобы не ответить. Хорошо хоть командир отчитывает не при всех.
— Личный Страж императрицы должен быть безупречен.
— Не считаю, что поступил неверно, — рискую.
— То, что ты считаешь, не имеет никакого значения, Дарсаль. Важны только приказы императора и наше их исполнение. Неужели я должен об этом напоминать?
— В некоторых вопросах у меня есть полномочия принимать свои решения, если что-то... может сказаться на спокойствии императрицы.
— Вероятно, император не счел вопрос таковым. Мне удалось добиться, чтобы наказание не было привселюдным. Не скажу, что легко, однако радость от удачной женитьбы определенно сделала его сегодня благосклонным.
Омаа взрывается внутри, но внешние щиты держу. Весь день их уплотняю. Командир даже не заметил, продолжает:
— Час блокирования омаа в камере. И пожалуйста, будь впредь осторожнее, если не хочешь лишиться места. Старайся верно соотносить свои полномочия с приказами повелителя.
