Тем временем, герцог жестом пригласил гостя садиться. Слепец смог очнуться от дум и заметить движение его руки. Вместе с Морином они уселись за стол сразу подле юноши с завязанной щекой, который одарил их грустным, полным боли взглядом. Тут же вошли три женщины в чепцах и серых передниках. Они несли подносы с оловянными тарелками, на которых лежали ломти грубого черного хлеба, дымящиеся куски жареной оленины, фаршированные цыплята. Составив все это на столы перед обедающими, служанки ушли и вернулись снова, неся горшки с гречневой кашей и потемневшие от старости серебряные кубки с пенной медовой настойкой. В полном молчании герцог принялся за еду, и остальные тут же последовали примеру сюзерена. Слепец придвинул поближе кашу и стал неловко черпать ее ложкой с коротенькой ручкой.
По сравнению с Левым берегом, где даже в иной таверне привередливому клиенту могли выдать двузубую вилку и столовый нож, олгмонские манеры были гораздо проще. Мясо и птицу все ели руками. Молодые дамы брали кусочки поменьше и держали их в своих тонких пальчиках немного элегантнее мужчин и старой матроны, однако жир так же стекал на их подбородки. Улыбаясь, дамы иногда отирали его серыми тряпочками, лежавшими у них где-то на коленях. Медовуху они употребляли тоже наравне с мужчинами, хотя, надо заметить, те помногу не пили. Юноша с перевязанной щекой, оказавшийся сыном однорукого старика, вообще не пил и не ел. С выпрямленной спиной и застывшим взглядом он сидел на своем стуле, пока остальные жадно поглощали пищу. Слепцу снова стало жаль его, но поделать он все равно ничего не мог. В конце концов он отбросил эти мысли и сосредоточился на цыпленке, набитом какой-то чрезвычайно вкусной начинкой. Разделавшись с ножкой и куском грудки, Слепец украдкой рыгнул и отпил крепкой сладкой настойки. В общем-то, он уже насытился, но после долгих дней скудного и однообразного питания нельзя было запрещать себе как следует побаловаться разносолами. К тому же, служанки внесли новые блюда - несколько большущих форелей в белой заливке.
– Прошу тебя, господин с забинтованной щекой… - обратился Слепец к соседу, осторожно тронув его за рукав. - К сожалению, нас не представили, и тем не менее, не мог бы ты передать мне рыбу?
Юноша, неожиданно вырванный из наполненного болью полузабытья, одарил Слепца злым взглядом и отвернулся, что-то неразборчиво бормоча. К счастью, советник герцога - тоже до сей поры не сказавший своего имени - привстал со своего места и протянул тарелку с форелью.
– Благодарю! - любезно кивнул Слепец, принимая блюдо. Советник проворно отдернул свою руку, не желая касаться странных иссиня-бледных пальцев Слепца. Как видно, олгмонец тут же устыдился этого поступка, потому что через некоторое время, отставив в сторону оленину, тщательно прокашлялся и заговорил.
– Вы - весьма загадочный человек, господин странник. Загадочный, необычный, даже… я бы сказал, пугающий! Наши дамы боятся поднять на вас глаза… Быть может, вы будете так любезны и расскажете нам свою историю?
Губы советника расплылись в неискренней улыбке. Уголки рта дрожали, выдавая его волнение и неуверенность в себе. Но, надо отдать ему должное - говорить он умел, и речь его сильно выделялась на фоне простоты нравов и одежд.
– Вам хочется ее услышать? - спросил Слепец. - Ты так красиво и складно говоришь, сударь, а сам тем временем даже не назвал мне своего имени. Это невежливо, не правда ли?
– Н-но… Вы тоже не представились!
– Неправда. Я сказал, как меня зовут - тогда, на просеке, сразу после битвы. Слепец. Или ты считаешь, что это кличка, а не имя, которое пристало носить человеку?
– Почему же… - вежливый советник стушевался и опустил глаза. Ага, каналья, значит именно так ты и подумал! Оглянувшись на герцога, советник не нашел там никакой поддержки: Паджен равнодушно потягивал медовую настойку и смотрел в потолок. - Хорошо, если вы так настаиваете, я представлю всех присутствующих: герцог Паджен Андимский, его милость. Это его родовое владение, замок Андим, и город Андим. Есть еще принадлежащие герцогу деревни, в которых… впрочем, это неважно. Я - советник герцога, Банмендер. Совсем недавно я служил при дворе короля Мажиона, но после известных событий мне пришлось перейти к герцогу. Вот этот седой старейшина - казначей и воспитатель молодого герцога, Троглин… а это - телохранитель Паджена, Малестармеголт.
Какое дурацкое имя, - подумал Слепец, быстро поглядев на юношу с перевязанной щекой. К сожалению, для этого ему по привычке пришлось повернуть голову, и Малестармеголт перехватил взгляд. Кажется, он прочел мысль Слепца, потому что моментально вспыхнул и скрипнул зубами. Тут же кровь отлила от его лица, и несчастный телохранитель покачнулся на стуле. Слепец перевел взор на герцога и спросил:
– А почему ты, Банмендер, все время говоришь, а Паджен молчит? Он что, немой?!
