Когда все окончательно стихло, из кухонной двери робко выглянула толстуха. Приставала, тяжело дыша, стоял на коленях и держался руками за край стола - чтобы не упасть. На крышке стола перед ним стояла на задних лапках большая мышь. Шустрыми розовыми лапками она терла подвижный носик и, казалось, смеялась над людьми.
– Кто это был? - едва не плача, вопросил Морин неизвестно, кого.
– Бревноногие! - толстуха ответила с удивлением, будто бы этих чудищ обязан был знать каждый. - Они живут на том берегу реки Маирка, у шахты Сотни Скелетов, и приходят сюда подзакусить в голодные времена.
– А чего ж они удрали? - снова задал дурацкий вопрос Приставала.
– Как что?? - снова удивилась толстуха. - Вы ведь натравили на них мышь! Какой-то ты тупой, оборванец. Наверное, всеми делами заправляет твой желтоглазый приятель, а тебе ничего не объясняет?
– Да нет, я тут не при чем, - покачал головой Слепец. - И мне тоже интересно узнать, как крошечная мышь могла испугать эдаких великанов?
– А, просто слишком много их умерло от рук… вернее, от зубов этих маленьких зверюшек. Бревноногие никогда не носят сапог или ботинок - у них толстая кожа на ступнях, а сверху все покрыто густым волосом. Однако мыши забираются к ним между пальцев и грызут эту кожу, пока не доберутся до живого мяса и крови. Частенько после этого ноги здоровяков чернеют, опухают, начинают смердеть… В конце концов несчастный великан гибнет - и все из-за одной малюсенькой мышки. Потому-то они их жутко боятся. Говорят, в их деревне кошек живет в несколько раз больше, чем самих бревноногих.
– Понятно, - между делом, Слепец нащупал свой меч, до сих пор торчавший из головы вожака разбойников, с трудом выдрал его оттуда, отер и засунул в ножны. - Значит, они побежали к себе, за кошками? Пора отсюда проваливать.
– Эй, подождите! Купите у меня мяса на дорогу, оно быстро закоптится! - воскликнула толстуха.
– Нет, некогда, - отказался Слепец. Толстуха сокрушенно вздохнула и всплеснула руками.
– Ну вот. Сейчас эти трусы-бревноногие добегут до середины реки и начнут думать, что лучше им вообще не показываться в таверне, даже с котами, а подослать кого другого, и у меня не будет посетителей. Потом ударит оттепель и мясо негде будет заморозить про запас. Копченого-то мало кто просит, всем подавай жареное, да вареное! А их вон сколько понадавили, да еще ты одного убил, желтоглазик. Купи хоть его!
С некоторым запозданием до Слепца дошло, что толстуха предлагает им купить в дорогу мясо тех самых разбойников, с которыми они только что дрались. А это значит, что за обедом они вполне могли съесть, например, предыдущих жертв этой шайки! С трудом сдерживая тошноту, Слепец прижал руку к животу и скривился. Судя по звуку, похожему на икоту, донесшемуся со стороны Морина, на откровения кухарки никак не прореагировала только мышь…
– Идем отсюда, Приставала! - с трудом выговорил Слепец, ощущая странное давление на глотку изнутри, от желудка. Как на грех, в мозгу стали возникать картины разделываемых и жаримых человеческих тел.
– Подожди, - внезапно сказал Морин похожим голосом. - Это что же получается: нас с тобой только что спасла мышь? И разбойников она перепугала, в бегство, так сказать, обратила, и бревноногих потом прогнала? Ай да мышка! Давай возьмем ее с собой.
– Ты что! Это же канихур! - испуганно закричала толстуха. - Давайте лучше убьем его, пока он не превратился в земляного дракона и не плюнул в нас ядовитой слюной! Мне заодно будет, чего предъявить бревноногим, если они все же вернутся…
– Только сделай к ней шаг, и пойдешь на кухню, делать колбаски из своих жирных кишок! - зловеще пообещал Приставала. Слепец еще ни разу не слышал, чтобы его спутник говорил подобным голосом. Бывший нищий медленно поднялся с колен, пронзил толстуху яростным взглядом, и положил свою кисть рядом с мышью, ладонью вверх. Зверюшка некоторое время оставалась на месте - только переводила взгляд блестящих в свете масляной лампы глазенок с Приставалы на Слепца. Потом она юркнула под рукав, и через некоторое время уже щекотала ухо Морина своими усиками. Слепец с отвращением нашарил в сумке кусок недоеденного мяса, которое собирался-таки взять с собой в дорогу, и выбросил его на пол под презрительные усмешки кухарки. Она еще раз хмыкнула им в спины, потом вдруг спросила:
– И куда же вы теперь направляетесь?
– А вон на гору пойдем залезем, - взмахнул рукой Слепец. - Окрестности осмотрим.
Толстуха ничего не ответила на это издевательство - хотя, она могла бы принять его за правду. Кто знает, что взбредет в голову этим слизням? Нормальному человеку этого не понять. Выбравшись по протоптанным в сугробах тропинкам на край деревни, они продолжили мучительный, долгий путь на восток.
