Слепое Озеро полностью

Она знала, что он места себе не находит из-за исчезновения Маргерит и Тесс. Дежурная сестра рассказала про следы девочки, которые исчезли в снегу. Элейн даже думать не хотела о том, каково сейчас приходится Тесс, которая показалась ей очень милой девочкой, снаружи. Но уже светает, скоро ее найдут, лишь бы Крис проявил хоть немного терпения. Что касается Маргерит…

– Я в Око, – ответил Крис.

– В Око? Извини, на хера? Ари сказал, что они сейчас эвакуируются.

– Не могу объяснить.

Она схватила его за руку прежде, чем он успел открыть дверь.

– Послушай, Крис, ты ведь не думаешь, что Тесс и Маргерит в Оке? Как такое вообще возможно?

– Тесс не просто брела куда глаза глядят. Ее след прямой, словно его провели по линейке, и направлен прямо на Око.

– Но он обрывается?

– Да.

– Так, может, она вернулась в клинику? Знаешь, вот так, ступая след в след.

– Спиной вперед сквозь снегопад? В темноте?

– Хорошо, а по-твоему что? Как она попадет в Око? Выпустит крылья? Или телепортируется? Переместится в астральном теле?

– Я не говорю, что знаю как. Но когда она в прошлый раз пропала из школы, она нашлась именно там.

– По-твоему, она могла уйти так далеко – в эту по- году?

– Я не знаю насчет уйти. Но я думаю, что она там, что она в беде и что Маргерит хотела бы, чтобы я ее нашел.

– Ты еще и мысли читаешь? Ари, Шульгин и еще куча народу уже ищут Тесс и Маргерит. Не мешай им заниматься своим делом, они это умеют лучше тебя. Послушай, Крис, послушай! Мне позвонил информатор из секьюрити. У ворот только что объявился целый армейский батальон вместе с техникой, и сейчас они втягиваются внутрь. Ты понимаешь, что это значит? Блокада окончена! По всей вероятности, к вечеру Слепое Озеро уже эвакуируют – меня, тебя, Тесс, Маргерит, всех! Я отправляюсь к главным воротам и хочу, чтобы ты отправился со мной. Мы журналисты! У нас будет фантастический ре- портаж!

Он улыбнулся, и эта улыбка, грустная и понимающая, Элейн совсем не понравилась. Ненавижу всех этих рослых молодых людей с собачьими глазами, подумала она.

– Поезжай сама, – сказал Крис. – Это твой репортаж. Ты обо всем и расскажешь.

Элейн смотрела, как он садится за руль маленькой машинки, как срывается с места и на опасной скорости исчезает в продолжающемся снегопаде.

Себастьян Фогель, втиснутый в кресло приемного покоя, словно угодивший в экономкласс Будда, вдруг заявил:

– Кажется, я понял.

Элейн устало опустилась в соседнее кресло.

– Пожалуйста, хватит уже вашей дерьмовой метафи- зики.

Предстояло многое сделать. Упаковать сервер и записки и никуда от себя не отпускать, даже если их попытаются конфисковать вооруженные бюрократы. Подготовиться к встрече с внешним миром, во что он там превратился – паломники, падающие самолеты, блокпосты к востоку от Миссисипи…

– С самого Кроссбэнка, – сказал Себастьян, – я не переставал удивляться, зачем вы вообще за это взялись. Ветеран научной журналистики подписывает контракт, прямо скажем, со второсортным журнальчиком из Нью-Йорка, чтобы сделать репортаж на изъезженную вдоль и поперек тему рука об руку с чудаком-теологом и опозорившимся скандалистом. Я себе всю голову сломал. А теперь, кажется, понял. Это из-за Криса, да?

– Идите на хер, Себастьян.

– Вы читали его книгу, знаете в подробностях всю историю, присутствовали, когда он давал показания в конгрессе. Возможно, к выходу книги вы и сами уже кое-что знали о проблемах Галлиано. Вы видели, как Криса выставляют на всеобщий позор, и при этом знали, что он прав, что бы там про него ни писали и как бы его ни поносили. Вы заинтересовались. Возможно, он напомнил вам себя в молодости. Вы взялись за эту работу, чтобы с ним познакомиться.

Ей было бы легче, будь оно неправдой. Элейн призвала на помощь самый яростный из своих а-не-пошел-бы-ты взглядов.

– Он вас разочаровал? – спросил Себастьян. – Я имею в виду – как проект?

Сейчас не до того, думала Элейн. От недосыпа кружилась голова. Может, просто остаться здесь и ждать, пока не появятся солдаты? В конце концов, вся самая важная работа при ней, на карманном сервере, а сервер они смогут забрать только через ее труп.

– Когда я познакомилась с Крисом, то боялась, что они уже победили. Он был откровенно несчастен, прекратил писать, злоупотреблял препаратами и тащил на себе такой груз вины, который явно не мог вынести.

– Неужели только из-за Галлиано?

– Может быть, и нет. Но я подумала…

– Вы захотели ему помочь, – кивнул Себастьян.

– Ну да. Я вообще, черт побери, святая. Ладно, заткнитесь уже.

– Вы хотели поделиться с ним собственным цинизмом.

– Не принимай он все близко к сердцу, из него вышел бы прекрасный журналист.

– Но необязательно прекрасный человек.

– Давайте хотя бы без этого.

– То, в чем он нуждался, Элейн, и я ни на что такое сейчас не намекаю, однако то, в чем он нуждался… Дать ему это было не в ваших силах.

– Поскольку так утверждает гуру. – Она прикусила язык. – И что, по-вашему, он это нашел? То самое, в чем так нуждался?

– По-моему, ищет прямо сейчас, – ответил Себастьян.