– И решил король Порторен проверить славу о справедливости меча. Приказал он привести к себе самого отъявленного злодея и убийцу, какого он мог только найти в своей тюрьме. Привели, поставили перед королём. Порторен взмахнул мечом и раскроил убийцу от плеча до пола. Две половинки из него одного и получились. А меч так и засиял небесным светом! Ни капли крови на нём не задержалось. «Хорошо!» – произнёс король и потребовал доставить к нему невинную девушку, послушную дочь благовоспитанных родителей. И эту просьбу слуги выполнили. Вежливо поклонилась королю девушка, а он взял, да и отрубил ей голову. А сам на меч смотрит. Интересно ему, что с ним сделается. А меч-то стал ярко-алым, будто стыдно ему за свой поступок. Засмеялся король: «Хороший меч! Всё правильно показал. Значит, чтобы цвет клинка был незаметен, надо сделать так!» – и опустил он меч в кровь невинной девушки, и испачкал честную сталь, и поднял его вверх, крича: «Теперь я всегда буду поступать так! И никто не упрекнёт меня в несправедливости!» Да… Никакой самый волшебный меч не заменит обычную человеческую совесть.
– И всё? – удивился Рысь. – А дальше что было?
Рубен с хитрой усмешкой покачал головой:
– Не совсем… Недолго король куролесил да головы рубил своим подарком. Как раз на турнире, устроенном перед свадьбой, на поединке, упал Порторен с коня, а меч возьми, да и проткни его насквозь. Как уж так получилось, никто понять не мог. Невесту сразу к отцу отправили. А меч спрятали. Говорят, в какой-то пещере. И камнем-скалой завалили. Чтобы никто не достал. Зачем королям справедливость?
Рубен замолчал, вздохнув. На друзей Робера рассказ произвёл странное впечатление: они задумались.
– Ой, – вскрикнула цыганочка, нечаянно попав юбкой в костёр. Тут же засмеялась: – Ишь какой наглый! И куда этот огонь лезет?!
– Огонь слеп. Он живёт наощупь, – хотел пошутить Робер, но сам не понял, почему ему вдруг стало очень плохо от собственных слов. Будто он заглянул то ли в прошлое, то ли в будущее, то ли было это с ним, то ли будет. Но что?! Он не понимал своих видений, будто опять пепел и дым скрывали от его глаз ясную картину. Что мешало ему видеть? Что постоянно мешало ему просто жить?!
– Та засада на королеву… Она не кажется мне случайной, – рассуждал Рубен, мешая похлёбку, которая поспевала в котле.
Костёр притягивал взгляд, в глубине его проскакивали струйки разноцветного огня. Гусь и пара кроликов прекрасно разварились, травки придавали им удивительный привкус. Робер принюхался к манящим согревающим запахам, ответил:
– Мне тоже подозрительно, как они точно узнали время и место. Ведь мы проходили мимо заливчика, откуда отчалила лодка. Никого там не было. Жаль, конечно, что Сэмюэль перебил всех, оставшихся на берегу.
Бывший тюремщик обиженно засопел:
– Нас было трое против четверых! Где уж тут беречься! Рубили, как попадало…
– Ага… Хоть в мешок складывай… – съехидничал Руперт. – Зад от башки не отличишь.
– А может, так и было? – невинно поинтересовался Рысь. – А то бы чего они нас не заметили?
– Действительно… Были уверены, что никого поблизости нет? Это о чём-то говорит, – поучительно поднял грубый деревянный черпак Рубен.
– Это, святой Рубен, говорит о том, что давно пора перекусить, – пальцем указал на черпак Руперт.
– Богохульник! – укорил его повар, но ухмыльнулся и принялся разливать суп в деревянные миски. Крылышки, само собой, достались Зильфире.
– Оза, Азалинда! Приготовьте мне синий плащ с золотой каймой. Тот, с моим гербом. Шляпу – с белым пером и брошью.
Смуглая, излишне худая и высокая служанка королевы Оза уточнила:
– Сапоги новые, с серебряными шпорами?
– Да, Оза. Если пускать пыль в глаза, то золотую, – королева поправила непослушный локон. – Азалинда, мне нужны кольца и золотая цепь королевы Луизы. Я хочу сунуть их в наглые глаза барона. Он хорошо должен их помнить!
Розовощёкая округлая Азалинда улыбнулась:
– Говорят, барон – страшный щёголь и сердцеед, дамы вокруг него так и вьются… Не хочешь ли ты ему вскружить голову?
– Я хочу её оторвать! А впрочем, если от любви теряют голову, как я слышала в одной балладе, то я буду очень стараться… Он ещё поскачет передо мной резвым козликом, старый козёл!
– Как можно, Ваше Величество! Такие непотребные слова!.. – укоризненно заметила деловито-серьёзная Оза.
– И потом, Гордон вовсе не выглядит старым… А его сын барон Керок – так просто красавец, – мечтательно закатила круглые глаза Азалинда.
– Мне-то что?! Ты забыла, что бароны – наши враги?
Азалинда тяжко вздохнула и помогла королеве одеть мужской костюм. Хотя, видит бог, с такой фигурой надо носить самые роскошные платья!
После отъезда королевы, всей её пёстрой свиты и охраны, Оза поставила на низкий столик перед кроватью кувшин с прохладным разбавленным вином, огляделась и торопливо вышла из шатра, прихватив прикрытую материей корзину. Отпустила двух охранников на входе отдохнуть, сама направилась к озеру, предупредив постовых, что постирает бельё королевы и скоро вернётся.
