― Там я бы мог видеть, ― не раздумывая, ответил Влад. ― Я бы хотел видеть рай в лице этого мира со всеми его деталями. Я бы хотел видеть день и ночь, солнце и луну. Я бы хотел видеть звезды. Думаю, я мог бы смотреть на них вечно. А еще, в моем раю обязательно должен быть Эйнштейн. Мама. И ты.
― Ты не знаешь, какая у меня внешность.
― После смерти я надеюсь хотя бы денег провести на земле в качестве призрака, чтобы запечатлеть в памяти то, что хотел бы обязательно видеть в своем раю. Ты была бы первой в списке этого. Поэтому не плач, когда меня не станет. Вдруг, я все-таки стану приведением. Я не хочу видеть твои слезы.
― Я не смогу.
― Просто дай обещание, даже если не сдержишь его.
― Хорошо. Я обещаю, что не буду плакать день после того, как ты уйдешь.
― И ты будешь улыбаться.
― Ты переоцениваешь мои силы.
― Пообещай. Мне необходимо это сейчас, пока я жив.
Я посмотрела на него.
― Я буду улыбаться, ― сказала я. ― Я не буду плакать.
Влад медленно кивнул.
― Спасибо.
Его рука накрыла мою ладонь и мягко сжала.
― Мне уже нравится мой рай. Но я хочу жить, хотя меня заставляют проходить ужасные болезненные процедуры, от которых жуть как хочется повеситься. Жизнь ― это вечная война. И я буду бороться, потому что оно того стоит.
― Я буду помогать тебе.
― Вместе до последнего.
Наши пальцы переплелись.
― Вместе до последнего, ― подтвердила я.
Эпилог
Мне шестнадцать, но я люблю. Я знаю, что люблю. Я чувствую это. Пусть это не такая любовь, как у взрослых, но я ощущаю ее в своем сердце. И совершенно неважно, когда она придет: в десять лет, двадцать, или сорок… Она придет, обязательно придет и изменит тебя.
Она изменила меня. Сделала лучше.
Люди скажут, что слышать от шестнадцатилетней девочки о том, что она повзрослела, крайне глупо. Но я отвечу им, что это правда. Моя жизнь перевернулась вверх дном, когда я познакомилась с Владом.
Он научил меня видеть мир изнутри. Я помогала видеть ему мир снаружи. Мы были идеальным дополнением друг к другу. Он погибнет без меня, а я без него. Мы вместе, и мне кажется, что так и должно было быть всегда. Возможно, это предначертано судьбой? Но даже если судьба здесь не причастна, я все равно буду с ним. Вопреки всему.
Пока у нас есть время.
Пока у нас есть мы, все будет прекрасно.
Прекрасно.
