Самое странное, Лада смотрела на Глеба совсем без страха, и это даже немного смутило его. В какое-то мгновение мужчине показалось, что она узнала его и весь этот маскарад не имеет смысла. Но затем Лада слегка улыбнулась и взяла с журнального столика сигарету.
– Может, вы предложите мне огонька?
Глеб охотно опустил руку в кармами куртки, где лежали пистолет и зажигалка. Вскоре уже веселый язычок пламени плясал в вытянутой руке Сиверова.
Лада глубоко затянулась и, умело скрывая свое волнение, сказала:
– Прежде, чем вы мне что-нибудь скажете, попытавшись оправдать свое не очень-то любезное появление, я хочу узнать, в каком качестве разговариваю с вами. Кто я? Ваша пленница или, может быть, я заложница? А может быть… – женщина улыбнулась хитрой улыбкой, – вы появились тут, чтобы признаться мне в любви?
– Во-первых, я хотел бы сказать, что я появился здесь как гость, пусть и незванный.
– Это немного утешает меня, – женщина поднялась и, опустив руки в карманы халата, нервно прошлась по номеру. Она делала глубокие затяжки, забывая сбивать пепел с кончика сигареты. Серый цилиндрик упал на ковер и рассыпался в пыль.
И тут Глеб Сиверов, понимая, что никакого нормального объяснения своему появлению придумать не может, да оно и прозвучит неубедительно, просто сказал:
– Я зашел, чтобы предложить вам прогуляться по берегу моря.
– Ого! – брови Лады взметнулись вверх, и она посмотрела на мужчину с нескрываемым интересом. – Такое предложение мне делают впервые.
– Неужели?
– Я имею в виду обстоятельства, в каких это предложение сделано. Только учтите… – Лада хотела сказать «молодой человек», но затем осеклась, все-таки она и Глеб с виду были ровесниками, – учтите, возле двери моего номера находятся два охранника, и они сцапают вас раньше, чем вы успеете показать нос из-за двери.
– Я знаю об этом, поэтому и появился через балконную дверь.
– А-а, – разочарованно произнесла Лада, – а я – то думала, вас подослал Валентин.
– Так вы пойдете со мной гулять? – Глеб закинул ногу на ногу и напустил на себя беззаботный вид, словно сидел в каком-нибудь летнем кафе на открытом воздухе, и не в стране, только что пережившей ужасы войны, а в самом благополучном государстве.
– Гулять? – в глазах женщины заблестели веселые искорки. – А как же охрана?
– Неужели и вы не сможете воспользоваться путем, по которому пришел я?
Лада с сомнением покачала головой.
– Боюсь, акробатки из меня не получится.
– А я уже все предусмотрел. Пойдемте на балкон. Лада остановилась – А почему вы не боитесь, что я выдам вас охране?
– Тогда вы бы меня не предупреждали, что два амбала сидят возле двери.
– Логично, – согласилась женщина и предложила: Лучше оставайтесь за занавеской, я посмотрю сама.
Она вышла на балкон, углом огибающий здание, и внимательно осмотрелась.
Если с этой стороны даже для Глеба преодолеть три этажа казалось сложным, то северная сторона представляла собой удивительную конструкцию – сварной трубчатый каркас, увитый диким виноградом.
– Ну что, вы пойдете со мной? – спросил Глеб, когда Лада вернулась.
– Вы, наверное, когда были мальчишкой, лазили к девицам через окна и имеете в этом огромный опыт?
– Нет, я просто люблю читать книги, – Глеб картинно поклонился Ладе.
«Узнает или нет?» – думал он, глядя на женщину. Лада казалась веселой и беззаботной. Но он-то знал, что после ссоры с Валентином в ее душе все должно кипеть.
– Я иду с вами, но только сперва должна переодеться. Отвернитесь.
Глеб исполнил распоряжение и сидел в кресле, слушая шорох снимаемой и надеваемой одежды. Наконец, Лада негромко произнесла:
– Можете поворачиваться, Глеб не заставил себя долго ждать и чуть не вскрикнул от удивления. Перед ним стояла почти та самая Лада, которую он знал в юности. Плотно облегающие стройные бедра джинсы и рубашка-ковбойка, ситцевая косынка в горошек, по-пиратски повязанная вокруг головы. Концы, завязанные узлом, свисали до самого плеча.
– Вам бы только нож в зубы и абордажный крюк в руки, – рассмеялся Глеб.
– Пожалуйста, говорите потише, – Лада приложила палец к губам, – потому что вы и представить себе не можете, что произойдет, если вас обнаружат в моем номере.
– Я смотрю, вы боитесь больше меня.
Глеб галантно открыл дверь балкона и пропустил Ладу вперед, а сам, пригнувшись под прикрытием балконного экрана, двинулся вслед за ней.
На улице веселье было в полном разгаре. Игра в девятку расшевелила публику, и теперь никто не стеснялся проявления своих самых звериных инстинктов. Мужской хохот, женский визг разносились по всему двору. Никто из персонала и носу на улицу не показывал.
– Теперь впереди пойду я, – шепотом произнес Глеб, перелезая через балконные перила и цепляясь руками за трубчатый каркас, по которому вился виноград.
Лада немного испуганно посмотрела вверх, а затем приняла руку Глеба, который помог перебраться ей на виноградные опоры.
– Да, я предусмотрительно надела джинсы, – съехидничала она, глядя вниз на спускающегося Глеба.
– Осторожно, не стоит шуметь…
Они оказались внизу. Глеб немного дольше, чем следовало бы, задержал руку Лады в своей.
