Слепой цирюльник [litres] полностью

– Неприятности, – произнес Немо, постукивая себя по носу свободной рукой. – Доставить неприятности… да кому угодно, кому получится, неужели вы не понимаете? Нет, не понимаете. Я собирался отдать пленку даром, бесплатно – тому, кто с ее помощью сумеет причинить как можно больше вреда. Все еще непонятно? Зато понятно мне. Я как Стертон. Я мог бы быть призраком Стертона: я – ненавижу – людей. – Он захохотал и потер голову. – Об этой киноленте я узнал в Вашингтоне. Хильда, еще не понимая, кто я такой, вернулась днем из радиорубки. Она рассказала мне о весьма, весьма курьезной радиограмме, которую случайно услышала. И тут моя соображалка заработала. И я решил: «Вот мой шанс деликатно все ей объяснить». Я заполучу кинопленку, покажу ей, и мы подумаем – вместе, – сколько бед она сможет принести.

Я так и сделал, – произнес Немо неожиданно громким и сиплым голосом, похожим на карканье. – Только она не поняла. Именно поэтому я ее и убил.

Но что же произошло непосредственно перед этим? А? А? На меня вновь снизошло вдохновение, я догадался, как заставить ее меня полюбить. Когда я только собирался ограбить старого Стертона, я и не думал занимать его место, даже в голову не приходило – я гонялся за слоном, и у меня была почти безукоризненная копия, чтобы подсунуть ему. Именно так я собирался действовать…

Но я подумал, почему бы не совершить полную замену? Зачем вообще платить пошлину за настоящий изумруд? И все должно было получиться легко. Я держал бы при себе подделку, спрятав подальше настоящий изумруд, подделку я бы предъявил на таможне. Они бы сказали: «Да это не настоящий камень», когда я уже собрался бы заплатить чудовищных размеров пошлину. Я бы воскликнул: «Как?» – Тут мистер Немо восторженно захихикал. Однако в его глазах отразилось какое-то странное недоумение. – Они сказали бы: «Ваша светлость, вас облапошили. Камень ненастоящий». И тогда, опасаясь сделаться предметом безобразных насмешек, я сыпал бы проклятиями, и метался, и раздавал бы таможенникам огромные чаевые, чтобы купить их молчание. А потом вышел бы со всем своим багажом… И для того чтобы все это выглядело еще убедительнее, я позволил капитану спрятать фальшивый камень в своем сейфе…

Но получилось не так. ВСЕ ПОШЛО НАПЕРЕКОСЯК. Черт побери весь этот мир! ВСЕ ПОШЛО НАПЕРЕКОСЯК! Эта молодежь…

Доктор Фелл прервал его.

– Да, – произнес он негромко, – и именно здесь вы допустили ошибку, и это я называю прямой подсказкой. Меньше всего вам было нужно, чтобы изумруд украли, в особенности фальшивый, поскольку это означало бы, что начнется расследование, сначала силами команды, затем полиции, а уж на это вы пойти не могли. Единственный способ предотвратить расследование – предъявить настоящий изумруд, заявив, будто кто-то вернул его вам. Расследование вы предотвратили. Прямая подсказка, и ваша ошибка, в том, что вы впервые действовали не в характере вашего персонажа, вы сделали то, чего никогда не сделал бы лорд Стертон; вы сказали: «Не знаю, как это произошло, и мне плевать, раз уж я получил вещицу обратно». (См. с. 150.) Все слова до единого звучат фальшиво, друг Немо. Меня немного озадачило, хотя теперь я догадался, почему вы оставили фальшивый камень в стальной коробке за сундуком в чужой каюте, рискуя тем, что его обнаружат. Вы должны были знать, где он находится, если вы наблюдали за происходившим на палубе ночью. Любому стало бы ясно, что это ваших рук дело, начиная с того момента, когда молодой Уоррен нашел фальшивый изумруд в…

– Подождите! – запротестовал Морган. – Этого я не понимаю. Как же так?

– Но ведь очевидно, что было два изумруда. Если один все это время лежал в коробке за сундуком Кайла, значит он никак не мог быть тем, который Стертон держал в руках. Заметьте, эту коробку с изумрудом капитан Уистлер получил прямо из рук Стертона! Ее дал ему Стертон; предположительно, внутри находился настоящий изумруд, и вот Стертон потрясает другим слоном, уверяя, что он настоящий! Подсказка, касающаяся очевидных двойников, звучит в вашем собственном утверждении: если существует два изумрудных слона, Стертон-то уж точно отличит настоящего от фальшивого… (См. с. 180.) И он действительно отличал; следовательно, если он отдал Уистлеру коробку с настоящим изумрудом, тогда вернувшийся к нему никак не мог быть настоящим, однако же он заявил, что это подлинный изумруд. Кажется, не слишком сложное умозаключение? И оно прямо указывает на нашего хитроумного самозванца. – Доктор Фелл сверлил его взглядом. – Однако я никак не могу понять, друг Немо, почему вы пошли на риск, оставив фальшивый изумруд лежать в каюте Кайла, где его могли найти.

Немо настолько ощутимо разволновался, что даже опрокинул и разбил свой бокал. Волнение уже какое-то время нарастало в нем, словно он ожидал чего-то, а оно все никак не начиналось.