Она нежно гладила меня по спине, а я слушала стук в ее груди: редкий и неровный. Через две недели у нее операция на открытом сердце, но сегодня она сделала все возможное, чтобы залатать мое. И надо признаться, когда я провожала ее в такси, на душе стало легче, точно я сняла с себя тяжелую ношу. Но сейчас, кутаясь в плед, сидя перед телевизором на диване в своей квартирке, я вновь ощущаю и тяжесть, и боль внутри, а еще громкую звенящую пустоту вокруг.
На экране, как и всегда, вечернее ток-шоу Синди Вуд. Она не стала исключением и вместе с другими СМИ поддалась общему настроению, и вот уже вторую неделю гости в студии обсуждают Чарли Манн и ее чудовищные злодеяния.
Для меня эта история стала слишком личной и по особенному болезненной. Слушать рассуждения людей, будь то судмедэксперт, психолог или генетик, который заявлен чуть ли не главным экспертом сегодняшнего эфира, для меня настоящая пытка.
– … С самого начала было понятно, что убийство Линды Саммерс совершил не просто физически сильный человек, но тот, кто прекрасно разбирался в анатомии и умело пользовался скальпелем или ножом, похожим на него по форме, – говорит Кайл Медина, судмедэксперт полиции Нью-Йорка и, закрыв глаза, я будто снова оказываюсь на полу галереи…
Она наклоняется надо мной, ее лицо – словно ожившая картина Линды Саммерс: глаза – черные блюдца и губы, вытянутые в какой-то жуткой гримасе. Она пытается мне что-то сказать, но в ушах шум. Меня пробирает озноб.
Я открываю глаза, выныривая в свою уютную, но шумную квартиру.
– Садись делать уроки! Ты меня задолбал! – истошно орет соседка сверху.
– Прекрати за мной следить! Ты – чертов придурок! Отвали, я сказала! – доносится откуда-то из коридора, и в следующий миг я слышу громкий хлопок закрывающейся двери.
– … Очевидно, что, помимо прочих серьезных нарушений, она страдала от пограничного расстройства личности. Разумеется, это можно было выявить в подростковом возрасте и оказать ей необходимую помощь, но, как мы все уже знаем, ее матери не было до этого дела, а школа, увы, не всегда может вовремя сигнализировать о проблемах подростка… К тому же, она, похоже, умело приспосабливалась и к окружению, и к обстоятельствам, – делится своим мнением Элоиза Джонас, врач Манхэттенского психиатрического центра. – Свое первое убийство она совершила в возрасте двадцати девяти лет, но, я уверена, что ее мать не была первой. Начинают такие люди всегда с самых беззащитных: с животных… и опять же, на это никто не обратил внимания…
Реальность вокруг меня снова сгущается, заключая в темное и холодное пространство. Боли нет… я и тела своего уже почти не чувствую… только колючий, пронизывающий озноб. У меня почти нет сил… я чувствую, как соскальзываю в пустоту, и мне противна сама мысль о том, что Чарли будет последней, кого я увижу перед смертью.
– Ты же сожгла мою рубашку! Иди сюда, сука! – врывается в мое видение противный вопль соседа за стенкой, и я резко открываю глаза.
Тянусь к бокалу с вином, который налила себе, как вернулась домой после ужина с мамой, но так и не притронулась. Делаю большой глоток.
– … Ошибочно во всем винить генетику. Как, впрочем, и те исследования, в которых принимала участие ее мать. Да, есть мнение, что гормональная терапия во время беременности может влиять на внутриутробное развитие плода, именно касательно его сексуальности, но, во-первых, это до сих пор не было доказано, а во-вторых, даже если допустить, что такое возможно, это не значит, что подобное вмешательство может привезти к таким чудовищным последствиям. В том, что Чарли Манн оказалась неспособной принять себя такой, какая она есть, нет ничьей вины. В современном мире каждый человек имеет право и возможность самовыражаться так, как он того захочет. И в данном случае я бы хотел обратить ваше внимание на то, что мисс Манн не была безумной или одержимой. Как уже было сказано, проблемы с психикой, бесспорно, были, здравомыслящий и адекватный человек едва ли будет творить такое, и все же… Убивать или не убивать – это был ее осознанный выбор, и только выбор…
Его последние слова тонут в шквале голосов и криков как гостей программы, так и зрителей в студии, каждый из которых пытается доказать свою точку зрения.
От этого ора у меня звенит в ушах, и к тому моменту, как на экране появляется невозмутимое лицо Синди Вуд, я уже включаю беззвучный режим.
Еще буквально неделя, и Чарли Манн станет еще одной страшной страницей в истории о маньяках и серийных убийц США. Общество не будет помнить ни истории жертв, ни мотивы… ничего. Одно лишь только имя Чарли Манн. И только семьи убитых будут помнить в мельчайших подробностях тот момент, когда их жизнь навсегда раскололась на две части: «до» и «после»…
Вернув бокал с остатками вина на стол, я беру лаптоп и открываю форум «Не в одиночку». За последние сутки в интересующих меня ветках появилось три новых сообщения: девочку-подростка изнасиловал отчим, изнасилование парнем и… сообщение от пользователя с ником «Лилия», начинающееся словами:
