— Ха-ха, — рассмеялся Шестой, — знаешь, ближайший к нам город расположен в трехстах километрах к югу. Время от времени мы посылаем друг другу караваны с мигрантами, различными разработками и прочим. Так вот, пережить эту поездку удается, в лучшем случае половине, а иногда такие караваны вовсе пропадают без вести в полном составе. И это всего триста километров! До архива же придется добираться много месяцев, и ещё столько же уйдёт на обратную дорогу. Но если большинство проголосует за, то мы, так уж и быть, снарядим туда экспедицию. И так, давайте голосовать: кто за?
Руки подняли только Ваня и Седьмая.
— Предложение отклонено. Но, повторюсь, оно было весьма неплохим. Продолжай в том же духе, Восьмой.
— Предлагаю сделать перерыв, — сказала Седьмая, — это было… очень жаркое обсуждение.
Шестеро из восьми подняли свои руки.
— Ладно, давайте отдохнём полчасика.
Ваня сидел на скамейке в одном из тупиков живого лабиринта. Тут было хорошо — прохладная тень скрывала его от лучей яркого солнца, а журчание фонтана вводило в лёгкий транс. Закрыв глаза, он размышлял над тем, как ещё можно улучшить жизнь простых граждан и сделать город Чести более лучшим местом для жизни.
— Ой! — тихонько сказал кто-то в паре метрах от него.
Ваня открыл глаза и увидел Седьмую. Чёрная маска полностью скрывала её лицо, и он смог различить лишь миниатюрную фигуру с жиденькими рыжими волосы до плеч. Она смотрела на него, но из-за маски разобрать значение её взгляда было невозможно.
— Я… потревожила тебя? Должно быть ты размышлял над чем-то? — растерянно спросила она.
— Ничего, — Ваня немного подумал и добавил, — спасибо, что поддержала меня сегодня.
— Пустяки, — она неловко усмехнулась и сделала шаг в его сторону, — твоя речь вдохновила меня. Просто в какой-то момент я подумала: «А правда, почему бы не рискнуть?». Хех, видимо я слишком наивная…
— Разве это плохо, если сердце иногда берёт верх над разумом?
— Интересная мысль, — сказала Седьмая, делая ещё один шаг, — можно?
Она показала своим маленьким указательным пальцем на скамейку, и, кивнув, Ваня подвинулся на край, позволяя ей сесть рядом.
— Эта мысль не совсем моя, — в голове Вани крутился один из обзоров на Евангелион, который он смотрел пару лет назад, — старый знакомый как-то сказал мне, что на свете есть множество вещей, которые надо прочувствовать, а не понять. Так что давать иногда своему сердцу волю — это нормально.
— А если сердце просит тебя сделать нечто запретное? Тогда ему можно дать волю?
Ваня удивленно посмотрел на седьмую — она поднесла свою маленькую ручку к лицу и ловким движением сняла с себя маску. Слегка улыбаясь миниатюрными губками, девушка смотрела на него, пронзая ясно-голубым взглядом своих глаз. Ваня застыл в изумлении. Казалось он пытается посчитать все веснушки на её лице, но его занимал лишь круговорот мыслей в голове.
— Как же… кредо… — пробормотал он.
— Они не узнают, если ты не выдашь меня, — шепнула Седьмая, — кажется ты запутался. Твой разум велит тебе поступить как трутню, но твоё сердце… хочет совсем другого. Так что, стоит ли сейчас дать ему волю?
Ваня запутался. Его мозг взрывался вопросами: почему эта девушка одним движением своей руки поставила его в такое странное положение? Это традиционная проверка новичков? Неужели она не боится, что их застукают? Как ей ответить? И лишь сердце, до сей поры надежно спрятанное за образом анимешника-одиночки, который Ваня сам для себя выбрал, бешено выстукивало один единственный ответ. «К чёрту!» — шепнул он и резким движением руки сорвал с себя маску.
Они не могли отвести друг от друга взгляда. Слова, жесты, знаки — всё это было лишним — их сердца бились в унисон и этого было достаточно.
Резкий звон колокольчика вернул Ваню и его спутницу в реальность.
— Собрание скоро продолжится, — сказала она, надевая маску, — предлагаю «случайно» встретиться и познакомиться сегодня в Красном Парке. Восемь часов, я буду в легком летнем платье с цветочками.
Девушка вышла из тупика, а Ваня до сих пор не мог прийти в себя. Лишь спустя минуту он снова надел свою маску и вышел из лабиринта. Перед тем как зайти в особняк, он окинул взглядом сад и краем глаза заметил, как тёмный силуэт вышел из его дальнего конца.
Красный парк — место, где росли деревья с красной листвой, был особенно красив летними вечерами. По нему с радостным видом гуляли влюбленные парочки и мамы с детьми. В красном свете фонарей окружающий мир вечернего города становился необычным и таинственным. Сегодня в этом прекрасном месте нервничал лишь один человек: он быстрыми шагами исходил уже каждый закуток парка, постоянно поглядывая на часы.
