Ехать в таком состояние было опасно, но дорога была прямая и без единого перекрестка, так что от Олега требовалось лишь следить за разметкой и случайно не вылететь на встречку. Вскоре за ними послышался рёв мигалок, а следом — пистолетные выстрелы и автоматные очереди. Антон убрал левую руку, возвращая Олегу обзор, и судорожно схватился за свой меч. Тем временем, раздался совсем иной звук: как будто лопнул очень большой воздушный шарик, а вслед за ним они услышали резкий звон бьющегося стекла. Пальба после этого так и не прекратилась, но с каждой секундой она становилась всё тише и тише. Антон прекратил пускать дым, и убедился, что ни троица, ни полиция не сидят у них на хвосте.
— Фух, — сказал Олег, сбавляя скорость и выруливая на трассу — если они будут гнаться за ними до самого Мурманска, то у нас большие проблемы.
— А что мы можем? Кстати, раз уж мы заговорили об этом, — Антон достал из бардачка купленную сегодня карту, — я тут прикинул, до Мурманска ехать где-то 3500 километров. Это двое суток чистой дороги без остановок, но если мы будем делать перерывы на сон и отдых, то приедем где-то дня через три с половиной-четыре. Ближайший крупный город на нашем пути: Ростов-на-Дону, за ним Воронеж, Москва и Петрозаводск. Питер мы объедем.
— Кстати о сне. День был тяжёлый и меня начинает рубить, так что я остановлюсь в ближайшем лесу.
— Хорошо, только заедь туда поглубже. А я покараулю на случай, если вдруг заявится Костя или ещё какие-нибудь гости.
— По рукам.
Нет хуже сна, чем сон в машине. Заднее сидение их пятёрки было занято канистрами с бензином и мешком с деньгами, поэтому Олегу пришлось спать на водительском кресле, максимально откинув спинку назад. Приятного в этом было мало: в течение всей ночи он то и дело просыпался то от холода, то от неприятного гудения в затекших конечностях, а на утро у него просто адски болела шея и ломило всё тело. Антон же всю ночь добросовестно нес свою службу: сжав в руках эфес своей катаны, парень до рассвета просидел возле машины на холодной земле, время от времени делая разминку с мечом, чтобы прогнать усталость. В таком состояние и застал его Олег, выйдя из машины.
— Тренируешься кромсать невинных людей? — спросил он прыгая на месте и разминая руки, — брр… что-то не особо жарко, да и это туман ещё…
— Шесть утра, как-никак. Даже росы пока нет. Хреново спалось?
— Это ещё мягко сказано.
— А вот меня рубит нещадно, а ещё я жрать хочу. Может переоборудуем задние сидения, чтоб на них можно было спокойно развалится?
— И как? Не выкинем же мы бензин.
— А почему бы и нет? Зальём сейчас полный бак, а остальное оставим здесь. Бабла у нас навалом, заправиться сможем без проблем. Хороший сон будет важнее каких-то ржавых канистр.
— Окей, тащи тогда их сюда.
Дело было сделано и тридцати девяти литровый бак пятёрки заполнился до краёв. На это у них ушла одна целая канистра и ещё немного из второй.
— Кому надо подберут, — сказал Антон, — если, конечно, найдут их в этом лесу… Давай затестим нашу кроватку.
Он прыгнул на заднее сиденье, сжал свою катану в левой руке словно плюшевого мишку и положил мешок с деньгами себе под голову вместо подушки. Вытянуть ноги у него, конечно же, не получилось, но даже так это было гораздо удобнее, чем спать сидя.
— Каеф, — сказал Антон, — одеялко бы ешё какое-нибудь и было бы вообще зашибись.
— Думаю ты быстро изменишь своё мнение, — ответил Олег, заводя машину, — Скоро солнце поднимется выше, и тут станет жарко как в бане. Я открою окно, если будет дуть — скажешь.
— И когда ты успел превратится в моего деда? Не хватает только бабушки на переднем сидении, которая будет комментировать каждое твоё действие.
— Заткнись. Ошибку понял, больше никогда не буду беспокоиться о тебе.
— Давай уже поедем. Толкни меня, если начнутся проблемы или когда мы подъедем к какой-нибудь столовке. Во вчерашней был довольно неплохой борщ…
— Ладно. Я бы спросил, не будет ли тебе мешать музыка, но теперь мне пофиг на твоё мнение, — Олег вставил кассету с «Группой крови», и в машине заиграл одноимённый трек, — я даже сделаю погромче, — он прибавил звук на две трети от максимального.
— Мне плевать, — уже закрыв глаза ответил Антон, — меня обычно даже из пушки не разбудишь! Погнали уже!
Зелёная пятёрка выехала из леса и медленно вырулила на трассу. Вскоре в салоне раздался негромкий храп, и Олег остался один на один со своими мыслями, а конкретно с скорбью по погибшим друзьям, которая время от времени сменялась ненавистью к Косте и его компании. Так он и вёл машину под гитарные ритмы группы «Кино»: то со слезами на глазах, то с яростью сжимая руль.
— Вставай, приехали! — Олег заглушил мотор, отключил магнитолу и потряс Антона за плечо.
— А? Чего? Куда? Женя, хватит издеваться, я спать хочу…
— Какая ещё Женя? Я — Олег, и я, как ты и просил, зову тебя жрать! Давай поднимайся!
— Да-да, сейчас… — он хорошенько зевнул и проверил свои карманные часы, — ух ты, восемь часов! Это мы что, уже два часа уже едем?
