— Не спас, а сделал только хуже! Они наверняка передали по рации наши номера, и теперь нас будут искать сначала по Московской области, а после и по всей стране. В этой ситуации есть только один вариант — гнать как можно быстрее! Чем скорее мы свалим отсюда, тем меньше шанс того, что нас найдут и поймают.
— Так что мне делать?!
— Ты чё, глухой? Педаль в пол и вперёд, пока не выйдем за Московскую область.
— Я уже очень сильно устал, да и бензина хватит только километров на двести-двести пятьдесят.
— Вот когда начнёт мигать лампочка, тогда и остановимся. Терпи!
Парни ехали в напряжённом молчании ещё где-то два с половиной часа. Им очень сильно повезло с тем, что сейчас было раннее утро, ведь большинство патрулей выходят на свою «охоту» либо по ночам, либо днём, в час пик. Похоже сейчас в районе Химок дежурил лишь один экипаж, но, всё равно, парни не сбавляли скорости до самой Калининской области. Они решились на остановку только когда областной центр остался позади, а на приборной панели начала мигать красная лампа. Антон начал высматривать какую-нибудь деревню, но его внимание привлёк один указатель:
— Чего? А… показалось.
— Что такое?
— Да блин, видишь? Написано «Лихославль», а я сначала прочитал «Ярославль». Ха, как в меме: списывай, но только так, чтоб не заметили.
— Может заедем? Если это город, то там мы сможем отдохнуть, поесть и заправиться. Да меня уже рубит нещадно…
— Давай, почему бы и нет. Заодно стырим новый номер, а то с этим уже опасно ездить.
— Опять ты за своё!
Лихославль был небольшим провинциальным городком в двадцати километрах от трассы М-10. Октябрьская железная дорога разделяла его на две части, которые соединяли между собой два моста: пешеходный и автомобильный. Как и в любом другом провинциальном городке здесь замерла сама жизнь, а всё, что происходило в стране казалось чем-то чуждым и далеким. Лихославль напомнил ребятам про их родной город: пусть он (Лихославль) и был немного меньше, но жизнь там текла точно такая же: тихая, спокойная и безо всяких перспектив.
Парни, всё в той же компании Кости, залили полный бак на заправке при въезде в город и немного поколесили по нему. Картина была знакомая: небольшие частные домики стояли вперемешку с пятиэтажными панельными хрущевками. Изредка это архитектурное однообразие развеивали постройки особого назначения: здание администрации, школы или вокзал.
Проехав дом культуры с пёстрой мозаикой на фасаде, Олег свернул налево с центральной улицы, которая носила гордое название «Первомайская». Уже через две минуты, проехав мимо школы, они оказались на окраине города: окружной дороге, с одной стороны которой стояли последние дома, а с другой был большой пустырь с искусственными холмами. Покрутившись немного по дворам, они нашли одиноко стоящий москвич вдали от окон и посторонних глаз. Дожидаться ночи не было времени, да и сейчас, в девять утра, когда большинство людей либо на работе, либо спят, было относительно безопасно. За считанные секунды Олег скрутил номера и парни рванули на другой конец города по ту сторону железной дороги. От одного его края до другого было не больше десяти минут езды: стоило им проехать мост и свернуть с широкой улицы, как они вновь оказались у какого-то пустыря, на котором и остановились. Олег был уже никакой и вырубился, лишь коснувшись головой подушки и по совместительству мешка с деньгами.
Его разбудила резкая тряска и громкое шипение радио. Антон, сидя на водительском кресле, своей правой рукой тормошил Олега за плечо, а левой пытался поймать волну.
— Чё? — открывая заспанные глаза, прохрипел он.
— Сорян, но уже почти двенадцать часов. И кажется у нас большие проблемы. Я жду новостей, чтобы понять, насколько мы в заднице, потому-что во время прошлой передачи, которую ты благополучно проспал, проскочила ОЧЕНЬ плохая инфа.
— Блин… чего ты мне…
— Тихо! Начинается.
После нескольких коротких звуковых сигналов из динамиков послышался знакомый голос радиоведущей:
