– Опять же, насколько мне известно, – продолжал Игорек, – сейчас они готовят против нас карательную экспедицию. – Он сделал паузу. Под навесом стало очень тихо. – Поэтому час назад я принял решение взорвать главного идола. Туземцам сказано, что было чудо. Идол сам подпрыгнул и распался на куски… С дымом и грохотом… Я не думаю, что после такого знамения Тара-Амингу все-таки решит начать боевые действия. Однако, сами понимаете, случиться может всякое… Короче, с сегодняшнего дня база – на военном положении. Что это конкретно значит? Всем быть при оружии, охране – усилить бдительность, без моего ведома ничего самостоятельно не затевать. Завтра начнем постоянное наблюдение за акваторией с вертолета… Да! И еще одно… От ночных самоволок на Уну прошу пока воздержаться… Особенно это касается ученых… Вот, пожалуй, все.
– А оплата? – поинтересовался кто-то в камуфле.
– Оплата – как обычно в районе боевых действий.
– Обычно… – Спросивший скривил рот. – Да обычно там вообще ни хрена не платят… Обещают только…
Наступила ночь. Перед тем как отправиться спать, Игорек обошел посты, хотя, честно говоря, нужды в этом не было – контрактники службу знали. Вернувшись в палатку, разделся, нырнул под противомоскитную сетку и долго лежал, размышляя и прикидывая…
К вечеру каноэ вестников доберутся до Ана-Тарау, а наутро новость достигнет Тара-Амингу. Дня им хватит, чтобы поднять всех в ружье… То бишь в копье… Стало быть, событий надо ждать начиная со следующей ночи…
Впрочем, не исключено, что Тара-Амингу воспримет известие о святотатстве с полным равнодушием. Кстати, не такой уж это плохой вариант! Чрезвычайное положение – объявлено, теперь главное – правильно его использовать в своих целях… А вот если Тара-Амингу поднимет дубину народной войны и нахлынет сюда всем флотом, то как бы не пришлось удирать в лазейку!..
М-да…
Кроме того, неизвестно еще, чем эта заваруха отзовется на Ана-Тарау. Пусть чужое, а все же святилище…
Так или иначе, до утра можно спать спокойно. Игорек достал из-под подушки продолговатый транзисторный приемник, нацепил наушники. Самое время для проверки боевого духа… Ибо языки, как справедливо заметил классик, особенно сильно начинают чесаться именно с закатом солнца. Эфир на коротких волнах, по обыкновению, помалкивал… Потом внятно всхрапнул. Это Игорек настроился на «жучка», установленного в казарме. Ну, правильно. Какие тут, к черту, разговоры на сон грядущий, если через пару часов заступать в караул!
А вот в палатке ученых велись беседы непозволительного содержания. Хотя и вполголоса.
– Нет, вы покажите такой пункт! – кипятился астроном. – Пункт о военном положении! Да я прямо сейчас имею право потребовать расчет!
– Ну, подойди к Игорьку, – ворчливо посоветовал кто-то. – Скажи: так, мол, и так, одного пункта не хватает…
– Игорек – шестерка, – задумчиво известили наушники голосом лингвиста Алана. – Решает Сом Сомыч. А Игорек у него из рук кормится… Тот ему вон даже зубы вставил.
Игорек покряхтел и поправил левый наушник.
– Нет, ты погоди! Кто взорвал идола? Кто объявил военное положение?
– Велели объявить – объявил, – все так же задумчиво пояснил Алан. – Да тут, куда ни глянь, везде уши Сом Сомыча торчат… А Игорек – что Игорек? Вот еще тоже чудо в перьях!.. Лучше бы он так с туземцами болтал, как со своими! Специалист хренов! До сих пор ничего понять не может: то ли австронезийская группа языков, то ли не австронезийская. Верно ему тогда Костик сопроводиловку выправил. Левист и есть.
– Ну не знаю, – несколько нервно сказал астроном. – Мне показалось, они конфликтуют…
– Короче, такое впечатление, – подытожил Алан, – что домой нам уже не попасть. К тому все идет.
– Что предлагаешь?
– Пока ничего. Думаю…
Думает он! Сна уже не было ни в одном глазу. Игорек хотел увеличить громкость до предела, как вдруг снаружи устрашающе грянул многоголосый вопль. Или вой. Казалось, орут совсем рядом. Затем палатка вспыхнула на секунду – это по лагерю зашарил прожекторный луч с одной из вышек. И наконец внятно прозвучало несколько коротких автоматных очередей.
Игорек сорвал наушники. Судорожно передернув затвор пистолета, выпутался из противомоскитной сетки и выскочил наружу. Океан вокруг лоснился от луны. На соседнем острове Уну что-то полыхало – наверняка хижины. А орали и впрямь неподалеку. И если бы только орали! Оба прожектора давно уже беспомощно щупали стремительно накатывающийся на остров туземный флот. Оп-паньки! Да когда же это они успели? Все водное пространство у берега кипело от выпущенных из пращи камней. Воины Тара-Амингу шли на штурм.
На вышках полоскались огненные клочки. Пулеметы садили длинными очередями, поскольку промахнуться было невозможно. На берегу бухнул гранатомет. Ночью выстрел выглядел особенно впечатляюще. Да что ж это такое? Откуда они взялись вообще?!
Гранаты ложились точно, как в копеечку, разнося судно за судном. Но даже это не могло остановить воющих дикарей.
– Сирену вруби! – заорал Игорек оказавшемуся рядом Толику.
