Мужчина попытался проглотить горечь, которая внезапно откуда-то взялась во рту. Он собирался вести себя так, словно ничего особенного не произошло. Даже если столик был накрыт для пары, двое не состоящих в отношениях мужчин тоже вполне могли за ним есть. Это не должно было вызывать неловкость ни у кого из них.
Мо Жань некоторое время, казалось, колебался, но затем медленно покачал головой и сел. Чу Ваньнин не понял, чем было все это вызвано, но, не задавая лишних вопросов, сел напротив парня. Меню на столике не было, и хост тоже ничего им не оставил, так что мужчина поднял глаза на Мо Жаня чтобы увидеть, были ли у него идеи на этот счет.
— Ах, я уже договорился о блюдах с шеф-поваром. Если тебе что-то не понравится, или ты останешься голодным, позже нам принесут меню, и мы сможем заказать еще что-нибудь, — объяснил тот, и на лице его снова промелькнуло немного виноватое выражение — но затем он улыбнулся Чу Ваньнину, — Я должен был сказать тебе об этом раньше. Прости.
Чу Ваньнин знал, что его лицо все еще пылает огнем. Он опустил взгляд в стол и коротко согласился:
— Ничего страшного, я доверяю твоим вкусам.
Он сказал это чтобы успокоить Мо Жаня. Однако когда человек напротив него издал удивленный вздох, ему пришлось снова взглянуть на Мо Жаня. Парень смотрел на него так, словно человек перед ним был самой сложной загадкой, какую ему только приходилось видеть.
— Что? Что произошло?
— Н-ничего, — отрывисто ответил Мо Жань, — Спасибо, что сказал это, — он избегал смотреть Чу Ваньнину в лицо, — Это многое значит.
Никто из них больше не пытался завести разговор пока не подали первые блюда и напитки.
Сначала официант откупорил бутылку вина из цветков груши и разлил напиток по бокалам — а затем поставил ее на стол. Чу Ваньнин скептически покосился на нее. Он не пил, в основном, потому что весь алкоголь что он когда-либо пробовал был ужасен на вкус. Он собрался отставить бокал в сторону, уже взял его — но внезапно прежде чем он успел это сделать его ладонь накрыло теплое прикосновение. Мо Жань удерживал его пальцы в своих, и что-то в его груди резко сжалось.
Он взглянул на юношу — и понял, что тот на него серьезно смотрит.
— Может быть, все-таки попробуешь? Думаю, тебе должно понравиться.
Чу Ваньнин подумал, что едва ли когда-нибудь смог бы отказать Мо Жаню хоть в чем-то, когда тот так на него смотрел, даже если бы того пожелал — и внутренне ужаснулся тому, насколько же сильно был в него влюблен. А сейчас он не мог даже руку отдернуть потому что иначе бокал бы опрокинулся.
— Пусти, — сказал он, имея в виду, что ему необходимо высвободить руку, чтобы попробовать вино, но голос его прозвучал холодно и резко. Мо Жань отдернул ладонь словно ошпаренный.
— Прости, — он опустил взгляд.
Чу Ваньнин не был уверен, что ему следовало делать с выражением на лице юноши — тот выглядел словно щенок, которого только что пнули. Он знал, что виноват в том, что Мо Жаню некомфортно, но как он мог теперь все исправить? Он не имел опыта в такого рода взаимодействии, и он до смерти боялся, что может ненароком раскрыть свою влюбленность. Вместо того чтобы попытаться хоть как-то оправдаться он поднес бокал к губам и сделал осторожный глоток.
Вино оказалось на удивление неплохим. Сильный алкогольный привкус все еще был ощутим, но его резкость сглаживалась фруктовой сладостью. Чу Ваньнин отпил большой глоток и поставил бокал на стол.
— Довольно неплохо, — признал он, избегая смотреть на Мо Жаня.
Парень пару мгновений ничего не отвечал, и Чу Ваньнин все же решился бросить на него мимолетный взгляд — и обнаружил, что тот смотрит куда-то в пол.
— Мо Жань? — позвал он, и парень наконец поднял на него глаза, на лице его читалась нерешительность, — Вино. Оно неплохое.
Последнюю фразу он произнес с ударением.
Мо Жань медленно кивнул, как если бы ему требовалось некоторое время чтобы уловить смысл того, что ему говорил Чу Ваньнин. А затем он снова заулыбался, и мужчина с облегчением подумал, что, даже если что-то и пошло не так, ему все-таки удалось все исправить.
— Сладкое, правда?
— Да, — кивнул Чу Ваньнин. Он попробовал улыбнуться в ответ.
Официант вернулся с тарелкой маринованного редиса и ребрышками под сладким соусом. Мо Жань принялся рассказывать о блюдах — хотя Чу Ваньнин в этом не нуждался. Мужчины принялись есть. Чу Ваньнин время от времени поглядывал в сторону Мо Жаня, задаваясь вопросом, мог ли он притвориться, что они все-таки на свидании.
Пока Мо Жань ни о чем не догадывался, это было вроде как вполне безобидно.
Тем временем произошла еще одна смена блюд, и официант заменил их тарелки свежими. В центре стола теперь оказалась обжаренная во фритюре рыба-белка, украшенная ярким апельсиновым соусом. Также подали и второстепенные блюда: были здесь и обжаренные овощи, и измельченный тофу на курином бульоне. Дополнительно перед каждым из них официант поставил по пиале с бульоном, в котором дрейфовали львиные головы из крабового мяса. Чу Ваньнин начал резонно задаваться вопросом, а мог ли он все это съесть.