Напротив него Мо Жань оперся локтем на стол, подпирая подбородок ладонью, и теперь уже внимательно наблюдал за Чу Ваньнином.
— Тебе нравится?
— Все выглядит аппетитно, — честно ответил мужчина. Он воспользовался свежей тарелкой и положил себе немного каждого из блюд. Самое меньшее, что он мог сделать — хотя бы попробовать все, даже если он не был в состоянии осилить целую порцию. Мо Жань подождал пока Чу Ваньнин не набререт полную тарелку, а затем последовал его примеру.
— Попробуй рыбу, это их фирменное блюдо, — посоветовал он прежде чем отправить кусочек в рот и продемонстрировать, как сильно он наслаждался ее вкусом. Чу Ваньнин поборол искушение запечатлеть в памяти блаженное выражение лица Мо Жаня для своих дальнейших фантазий. Вместо этого он последовал рекомендации юноши и отломил палочками кусочек филе. На мгновение он сконцентрировался на сочетании вкусов, наполнивших его рецепторы, прикрыв глаза в процессе. Мясо было кисло-сладким и пряным, отдавая легкой морской ноткой — вкус был идеально сбалансированным. Рыба оказалась прожаренной — не слишком плотной по текстуре и невероятно сочной.
Когда он, прожевав кусочек, наконец взглянул на Мо Жаня, он столкнулся с ним глазами. Что-то в лице юноши неуловимо изменилось. Взгляд стал более резким, в улыбке появилась дерзость. Казалось, Чу Ваньнин сконцентрировал на себе все его внимание — и это ощущение заставило мужчину заерзать на стуле. Мо Жань выглядел словно волк, который собирался загнать добычу — но Чу Ваньнин не видел поблизости ничего, что бы могло вызвать в парне подобный интерес, и не мог понять, почему тот вдруг смотрел так на него.
— Соус хорош, — сказал Чу Ваньнин с явной нерешительностью, — И кедровые орешки замечательно дополняют блюдо.
— Да. — Мо Жань говорил односложно.
Даже его голос словно изменился, став более глубоким, протяжным, расслабленным.
— А теперь попробуй бульон, — сказал он, и это должно было звучать небрежно, но Чу Ваньнин внезапно ощутил, как что-то внутри него затрепетало от необъяснимого жара в ответ на очевидную инструкцию; властный тон давил на его разум.
Он легко кивнул головой и взял в руки пиалу.
Всякий раз обращаясь взглядом к Мо Жаню он понимал, что тот продолжал пристально его разглядывать.
Как если бы время замедлило свой бег, и внимание его спутника в какой-то момент было приковано к нему одному. От внезапно охватившего жара начало покалывать уголки глаз. Чу Ваньнину никогда не нравилось быть в центре внимания — и особенно сложно это было выносить когда внимание на него обращал Мо Жань. Мужчина одновременно и хотел этого, и в равной степени страшился. Они ведь лишь недавно стали друзьями — и если бы Мо Жань вдруг понял, как сильно Чу Ваньнин хотел его, это могло его навсегда оттолкнуть.
Отставив в сторону бульон после того как съел несколько пушистых, мягчайших фрикаделек с крабовым мясом, Чу Ваньнин прокашлялся:
— Хм…
— Вот, — Мо Жань двинулся. Он отщипнул палочками нежное мясо со щеки рыбы и протянул его Чу Ваньину. Поначалу мужчине показалось, что его спутник собирался положить этот кусочек в его тарелку — но прошла секунда, две, три… Мо Жань все еще держал палочки на вытянутой руке, чего-то ожидая. Чу Ваньнин уставился на Мо Жаня, и улыбка юноши стала шире — затем перевел взгляд на палочки, раздумывая, что это все значило.
«Он хочет, чтобы я это съел?..» — его разум заискрил в приступе внезапной паники когда эта мысль осенила его. Лицо обдало жаром.
«Что это означает? Мо Жань же не может ожидать, что…»
Но палочки для еды находились на уровне его рта, и все, что нужно было сделать Чу Ваньнину — слегка податься вперед…
Болезненная мысль тут же заставила его сердце сжаться. Что, если Мо Жань все-таки как-то узнал о его чувствах, и теперь издевался над ним?
Однако он быстро отбросил эту идею.
Мо Жань не был настолько жесток, он не был на такое способен.
Чу Ваньнин тут же решил, что просто сделает это. В этом не было ничего предосудительного — и было очевидно, что Мо Жань этому не придавал особого значения. Для него это был всего лишь дружеский жест.
Но эти палочки для еды были совсем недавно во рту Мо Жаня, и Чу Ваньнин продолжал думать об этом когда наклонился вперед и сомкнул губы на кусочке рыбного филе и палочках для еды.
На секунду все замерло, а затем Чу Ваньнин отстранился, медленно пережевывая нежный кусочек рыбы. Ему пришлось после этого буквально заставлять себя поднять глаза на Мо Жаня — и он изумился, обнаружив, что парень так и продолжал сидеть с вытянутой вперед рукой, застыв в том же положении. Он выглядел потрясенным, рот был приоткрыт, а щеки полыхали румянцем.
Палочки для еды со стуком упали на стол, и юноша тут же вскочил на ноги.
— Мо Жа… — Чу Ваньнин хотел спросить, что случилось, но парень перебил его.
— Я скоро вернусь!
И он выскочил из-за стола.
~
Чу Ваньнин сидел в одиночестве за столиком, чувствуя себя брошенным, находясь в полном замешательстве, целых пять минут прежде чем Мо Жань вернулся на свое место.